На днях получаю приглашение пожаловать в субботу в Консерваторию, где соберутся «начинающие композиторы» для составления программы концерта, который состоится в январе в Малом зале. Имеющие сочинения (камерные, вокальные, ансамбли, фортепианные) могут представить их и проиграть, затем - закрытая баллотировка, и вещи, получившие больше голосов, исполняются на концерте. Организатор всего этого - госпожа Ранушевич, окончившая в прошлом году у Соловьёва. Как композитор, она обладает некоторыми способностями, может быть - образованный человек; годов ей, во всяком случае, не больше шестидесяти, но и не меньше тридцати. Приглашено было до пятидесяти человек, но пришло только семь. Исполняли вещи четверо: Ранушевич сыграла несколько романсов, из которых один («Две тучки») - хороший, другой - приличный, остальные - слабые. Абутков, кончивший весною с Ранушевич вместе, сыграл и спел несколько бездарнейших и бесконечно-длиннейших вещей, после которых даже романс Саминского оказался красивым. Затем я сыграл несколько фортепианных «собачек»: «Упрёк», «Восточная песенка», «Трагедия», «Humoresque dйmoniaque», «Сказка», «Призрак». Вещи имели успех и вызвали множество разнообразных толков. Решили собраться ещё через неделю в большем числе. Ради интереса устроили баллотировку моих вещей (шесть человек): «Сказка» - 6, « Humoresque démoniaque» - 4, «Восточная» - 3, «Упрёк» - 2, «Трагедия» - 0 («Призрак» не голосовали). «Трагедия» сначала очень понравилась, но потом придрались к большим терциям во второй теме и провалили целиком.
А «Летняя картинка» провалилась тоже целиком, - предсказание моё исполнилось в точности. Решили устроить концертное отделение.
Мой шахматист (Струве) уехал «на два дня» в Юрьев, но вот уже две недели, как его нет: очень скучно без шахмат. Непременно запишусь в Общество с января.
Был в пятницу на ученическом вечере. За четыре года это второй раз. Никто мне верить не хочет. Вечер страшно длинный, скучный, и знакомых как-то мало. Вдобавок украли калоши. Когда я стал говорить об этом: «Это что! - отвечают, - вон у Изаи на концерте скрипку в 60 тысяч украли, так бедному прямо дурно сделалось!». Другие мнят, что это - ловкая реклама, но «изаисты» с негодованием утверждают, что Изаи не нуждается в рекламе.
Рождество и мамино рожденье.
У нас вообще дни рождения достопримечательны: мама родилась в один день с Иисусом Христом, а я - спустя сто дней в году, так как одиннадцатое апреля приходится на сто первый день в году. Сегодня я получил интересный подарок. Дело в том, что как-то не так давно Наде Петровой купили куклу: лохматого медвежонка. Я с ним начал возиться и всячески забавляться.
- Очень нравится? - спрашивают.
- Ужасно милый! - говорю.
- Вот подожди, мы тебе такого же купим.
- Ладно, ладно.
Вдруг сегодня на огромном подносе мама, папа, тётя Таня торжественно и со смехом подносят большого мохнатого медведя! Очаровательный зверь; кто ни приходил - всем ужасно нравится, а Андрюша Раевский заявил:
- И у моего Саши будет такой же.
Одним словом, медведь имел успех и сейчас сидит у меня на столе и плутовато посматривает по сторонам.
Несколько дней назад наконец записал Бессоновой её сочинения: вальс и «Pas d'Espagne». Конечно, в общем, дребедень: во-первых, уже потому, что танцы, затем нет никакой самостоятельности, и, наконец, натаскала она у всех соседей, сколько у кого можно. Но, как достоинства, надо заметить, что звучит очень благозвучно и вовсе не так элементарно, как можно было бы предположить, и форма очень правильная, всё логично вытекает одно из другого. Последнее доказывает большое музыкальное чутьё, тем более, что Бессонова - большая лентяйка, и не только гармонии - элементарной теории совершенно не знает, даже своих вещей записать не могла. Она думала, что и мне придётся возиться, и была удивлена, что всё так легко далось. Бессонова осталась очень довольна и - и раньше ещё, а теперь особенно - приглашала меня к себе, притом довольно упорно. Двадцать четвёртого она именинница, но справляет именины двадцать пятого, вот тогда-то вечером и просила. Я, конечно, очень благодарил, был тронут, сожалел, но сказал, что, вероятно, не смогу прийти, так как это мамино рожденье.
Второе заседание «начинающих композиторов» состоялось двадцать третьего и, ей Богу, было ещё хуже первого. Собралось девять человек. Всё это, почти без исключения, - ходячие бездарности. Право, только одного отмечу с безусловным талантом: Растраповича. А остальные, как музыканты, ни рыба, ни мясо - не публика и не серьёзные музыканты, а так - что-то такое - желают быть последним, а на самом деле не многим лучше первого. Состоялась опять закрытая баллотировка. Назову свои вещи: «Сказка» - 6 (из восьми), романс «Отчалила лодка» - 5, «Humoresque démoniaque» - 4, «Упрёк» - 2, «Шествие», «Восточная песенка», «Fête sacré» - 0. Соберутся ещё раз. Обо мне уже составили легенду, что Прокофьев-де двух нефальшивых нот подряд и слышать не может!
