Пока договариваешься с людьми о сумме, которую готов заплатить за их личную библиотеку, книги кажутся вожделенным призом. Однако как только мы договариваемся о цене, пожимаем друг другу руки, и я отдаю чек, они вдруг превращаются в тяжелый груз. Их надо сложить в коробки, загрузить в машину, снова выгрузить, потом рассортировать, выставить на продажу в интернет и снабдить ценниками. И только после этого я могу надеяться, что получу назад хоть одно пенни, вложенное в сделку. Неприятные ощущения, о которых пишет Оруэлл, возникают, когда книги переходят в твои руки, – они вдруг сразу же превращаются в «работу». Однако все неприятные чувства более чем компенсируются ни с чем не сравнимым восторгом, когда у тебя в руках вдруг оказывается книга наподобие «Лилий» Торнтона.
Закрыто в связи с похмельем.
Пришла Ники в черном лыжном костюме.
Среди заказов, которые мы сумели найти, – автобиография Пьера Эмманюэля. Ники обтерла ее перед тем, как упаковать, – сверху она была слегка покрыта пылью.
Никто не стал покупать фонды магазина из Колуин-Бей по их отправной цене. Они снова выставили книги на продажу, снизив цену до 14 500 фунтов стерлингов, с комментарием, что «ЭТО ОКОНЧАТЕЛЬНАЯ ЦЕНА СО СКИДКОЙ». Я уверен, что они ни за что не смогут продать книги за эту сумму. Мегапродавцы платят публичным библиотекам в разы меньше, примерно 15 пенсов за килограмм. Колуин-Бей пытается продать свои фонды примерно по 1,20 фунта стерлингов за килограмм. Никто из крупных продавцов не станет покупать их за такие деньги.
Анна упросила меня отвезти ее в Глазго на фильм «Чем дальше в лес», снятый по ее любимой книге, из которой впоследствии сделали мюзикл. Для меня это настоящая пытка: я не любитель мюзиклов и не поклонник Disney, и смотреть фильм, состоящий из этих двух ингредиентов, для меня все равно, что провести неделю в тюрьме в Гуантанамо, где тебя подвергают пыткам водой. Мы идем в кино в следующую пятницу.
Ники осталась ночевать, и втроем мы выпили целое ведро пива.
15 покупателей
Ники открыла магазин в 10 часов. После вчерашнего она явно чувствовала себя не лучшим образом, однако не настолько плохо, чтобы снова не залезть в фейсбук:
Лучшие люди 2014 года
Продавец чипсов в Странраре: отдал мне пятифунтовик, когда я его уронила: самый лучший и честный человек в Шотландии.
Покупатель, который заказал книгу в марте, которую, мы, однако, нашли только две недели назад. Ему она была еще нужна? «Да, будьте так любезны», – ответил он и заплатил больше, чем мы просили.
Покупательница, которая, услышав, что кольцо стоит 3,50 фунта, закричала: «КАК?!» Мы заверили ее, что это ПРАВДА серебро. «Я думала, оно стоит по меньшей мере 35 фунтов». Это было так мило!
Мы с Анной поехали в Ньютон-Стюарт смотреть две тысячи книг. День был великолепный, дом и фермерские постройки – старинные и красивые. Книги были сложены в пустой спальне в бывшей маслобойне, переделанной в жилой домик. Когда мы разговаривали с Эвеном, выяснилось, что его девушка-американка вынуждена выехать по указанию иммиграционных властей по причинам, очень напоминающим историю Анны. Анну выслали за то, что она – неумышленно – въехала в страну на несколько раз больше, чем полагалось без шотландской визы резидента. Потребовалось приложить множество усилий и потратить немало денег, прежде чем ей снова разрешили въехать обратно в Шотландию – страну, которой так нужны все образованные, умные, трудолюбивые люди, которых она может вместить. Очень странно также, что его зовут Эвен – именно это имя я выбрал для себя в книге Анны. Когда мы загружали книги в машину, выяснилось, что в домике живут брат Эвена, Уилл, и его девушка Эмма. Как-то летом, лет пять назад, Эмма работала у меня в магазине. Сейчас она работает врачом в Дамфрисе.
Книги уже были уложены в коробки, и я не стал их просматривать. Мы договорились, что я разберу их потом. Пришлось два раза ездить туда-обратно, чтобы перевезти их все, но, к счастью, нас было много, и мы все сделали быстро.
