Как и большинство букинистических магазинов, мы делали разную побочную работу. Мы продавали подержанные пишущие машинки или, например, марки – я имею в виду использованные марки. Собиратели марок – это странное, молчаливое племя всех возрастов, но только мужского пола: очевидно, женщины не видят особой прелести в заполнении альбомов клейкими кусочками разноцветной бумаги. Мы продавали также шестипенсовые гороскопы, составленные неким субъектом, который уверял, что ему удалось предсказать землетрясение в Японии. Они были в запечатанных конвертах, ни один из них я ни разу не распечатал. Покупатели часто рассказывали, какими «правильными» оказались их гороскопы (разумеется, гороскоп «прав», если он говорит, что вы очень привлекательны для противоположного пола, а главный ваш недостаток – щедрость).
Наверное, «побочная работа» для букинистических магазинов сейчас еще важнее, чем когда-либо раньше. Когда у меня есть финансовая возможность и время, я езжу на аукцион в Дамфрисе и покупаю там разные вещи для того, чтобы потом продать их в магазине. Сейчас у меня продаются: дубовое бюро Георгианской эпохи (за 70 фунтов стерлингов), две пары зеленых шаров для боулинга Викторианской эпохи (25 фунтов за пару), семнадцать этажерок для цветов и цветочных горшков (по разным ценам), солидная ширма для камина Викторианской эпохи (за 300 фунтов), несколько эстампов и картин и столик из красного дерева (за 75 фунтов), а также коллекция разных сувениров и бижутерии, которые Анна разложила в углу магазина, которому она дала название «Самый маленький антикварный магазин мира». Это была ее идея, а не моя. Если такие вещи тщательно подобрать, то они могут придать атмосфере в магазине больше очарования, отсылая к истории здания, которое сначала было жилым домом и только потом стало магазином: с 1899 года здесь располагался магазин тканей, в пятидесятые годы – продуктовый магазин, и с 1992-го – книжный. Если к этим вещам еще добавить трости, которые приносит Сэнди – татуированный язычник, то, как я думаю, люди, которые заходят в книжный магазин вместе с книголюбами, найдут чем заняться, пока их родственники или друзья рассматривают книги.
Ники в магазине.
Утром заглянула поздороваться Трейси. У нее сегодня день рождения.
Я: «С днем рождения, Трейси. Хорошего дня!»
Ники: «Ну вот, Трейси, ты еще на год приблизилась к смерти».
Норри пришел с предварительными образцами бетонных колонн, которые он изготовил вместо книжных спиралей, раньше стоявших у входа в магазин. Я складывал их из настоящих книг, которые потом покрывались полимерной смолой. Это была неблагодарная работа, и их приходилось менять каждые три года. Бетонные спирали будут стоить недешево, однако они должны стоять вечно.
Мистер Дикон зашел за «Плененной королевой»: «Раз уж я приехал в Уигтаун к врачу, то решил заодно и забрать книгу».
В 16:30 пришли родители пить чай. Мой отец оставил фермерство около пятнадцати лет назад, примерно в то же время, как я купил магазин (в чем он меня поддерживал с большим энтузиазмом). Они продали дом и другие постройки (которые они переделали в домики для отдыхающих, когда я еще был ребенком) и переехали в новый современный дом примерно за пять миль от старого в 2000 году, через тридцать лет после того, как поселились на ферме. Они оставили землю в своей собственности и сейчас сдают ее в аренду. Мама, которая всегда обладала предпринимательской жилкой, занимается разными проектами, а отец, с тех пор как вышел на пенсию, реставрирует старые автомобили. Он уже отреставрировал Bentley, а теперь реставрирует Alvis. Запирая магазин через пять минут после того, как они вышли, я увидел, как мама отдирает наклейку с шотландским флагом с дверцы новой машины.
После работы пошел в «Пахаря» с Каллумом и Трейси: выпить за то, что Трейси еще на год приблизилась к смерти.
31 покупатель
