Когда я спросила оружейника, на что вообще похожи эти дерды, Танарт лишь усмехнулся и сказал, что раз увидев — я уже ни с чем не спутаю и никогда не забуду. Эта тварь регенерирует так быстро, что победить ее в ближнем бою в одиночку практически невозможно. Но патрули из трех данаари легко расправляются как с забредающими дердами, так и со злобными гарваками, что живут над раскаленным озером Зараш к югу от Нивенрэла. Дерды обладали инстинктом пожирателя любой живности в пещерах, а запах крови просто сводил их с ума. Основная их пища — это конечно алидные черви или просто алиды, именно из их чешуи делаются самые прочные доспехи. А зубы дерда, хоть и мелкие, но способны раскрошить такую броню и из них изготавливают бронебойные наконечники для стрел, которые назывались срезни, звезды смерти и, конечно, все эти метательные кинжалы.
А что насчет моих способностей — то оружейник оказался прав. Как и всегда.
Когда кинжал трижды вошел практически в одну и ту же точку, Мэльир довольно кивнул. И это притом, что раньше метать такие, да и вообще любые кинжалы мне не приходилось ни разу!
Это, конечно можно назвать случайностью, поскольку впоследствии моя меткость оставляла желать лучшего, но Танарт не переставал повторять, что и это весьма неплохо для новичка.
— Если никто не бросит вызов — этот поединок будет на сегодня последним, — взгляд Танарта скользил по лицам учеников, выискивая очередную жертву для сражения с лучшим из молодых воинов.
Сегодня опять проходили Тир'нараши, уже подходившие к концу, и, как всегда, гордый Фердис стоял посреди сцены, одолев уже четвертого подряд. Он иногда взмахивал деревянным мечом, давая полюбоваться всем на свои безупречные восьмерки.
Впереди меня один из эльфов ткнул своего соседа в бок, но тот отрицательно покачал головой. Никто более не желал оспорить его право победителя уже какого по счету турнира.
Мне уже виделась теплая вода хелариса и моя такая манящая кровать, она всегда была особенно мягкой после целого дня тренировок. Я рассматривала свои пальцы, на которых появились первые мозоли и порезы от метательных кинжалов, и когда я услышала свое имя, даже не сразу поняла, что Танарт обращается ко мне.
— Марта! — сказал он уже громче, — Просыпайся и быстро сюда! Ну-ка, попробуй, сделай его! — кивнул он мне на ухмыляющегося Фердиса.
— Танарт, Вы шутите! — я неловко привстала и даже начала садится опять, думая, что это и правда какая-то шутка. Но никто не смеялся, наоборот, головы эльфов поворачивались в мою сторону и их глаза смотрели с большим интересом. Послышалось хихиканье и легкий шепот.
Я собралась с духом и, скинув с себя ледяное оцепенение, направилась в сторону сцены. Эльфы что-то показывали Фердису знаками, его губы расплылись в издевательской улыбке.
— Смерть татирам! — какой-то «добрый» эльф озвучил для меня сей непонятный знак и телендиры прыснули, замолкая только под взглядом Танарта. Он встретил меня у входа и сунул мне в руки деревянный меч, успев шепнуть: «Держи крепче».
Не очень обнадеживающее начало.
Я вышла на середину круглой площадки, и меня охватило какое-то ощущение нереальности происходящего. Но чего же я так боюсь, спросила я себя. Ну, получу сегодня немного больше синяков — в первый раз что-ли? Я покрепче перехватила свою деревяшку и приняла боевую стойку. Руки от волнения начали потеть, а меч чуть дрожал. Фердис стоял, оперевшись на деревянную имитацию и смотрел на меня с едва прикрытым презрением.
— Фердис против Марты! — громко продекламировал тренер, — Нападай! — сказал он молодому эльфу.
— Да я раздавлю эту малявку! — прорычал эльф.
— Не нужно недооценивать противника, телендир, — тихо ответил на это Танарт, отходя к краю площадки.
Деревяшка лихо просвистела у Фердиса в руках и крутанулась над головой, и как с таким мне сражаться? Он сразу перешел в атаку, уверенно выбросив руку в глубоком выпаде, я с перепугу отбила его, чуть не выронив меч. Следующий резкий удар пришелся мне по пальцам, я подскочила от боли и отпрыгнула от Фердиса подальше, потирая отбитую руку. Мои пальцы пульсировали от боли. Деревянный клинок продолжал издевательски танцевать в его руках. В рядах зрителей послышался громкий смех.
— Держи крепче меч! — крикнул мне оружейник.
У меня не хватало ни реакции, ни элементарного внимания, чтобы следить за его руками, движениями и контролировать все те вещи, что мы отрабатывали на занятиях, стойка положение рук, сила и направление замаха, центр тяжести тела и много еще чего. Мэльир был десять раз прав, когда говорил о разделении тела и разума в битве. Мои действия, мои движения и рефлексы не должны зависеть от моих эмоций и от всех моих мыслей.
