Мистер Венкл вытер пот со лба с помощью платка и немного помедлил с ответом.
— Дело в том, — сказал он наконец, — что мы пытались уехать. Но через сутки, ровно, нас неизменно одолевает сон, а проснувшись, мы обнаруживаем себя вновь в своей деревне. Никто не видел, как мы возвращались домой, просто раз — и все, мы снова в своих домах. Эти духи не отпускают нас, сэр. Я нахожусь за пределами деревни уже почти сутки, и скоро я исчезну и окажусь там. Я очень надеюсь, что вы поможете нашей беде, так как нам уже просто не к кому обращаться. Мы постараемся отблагодарить вас за труды как можно более щедро.
— Хорошо, я постараюсь вам помочь. Постарайтесь пока продержаться еще какое-то время.
— О, сэр, я премного благодарен, да хранит вас Бог, — радостно воскликнул мистер Венкл, а затем внезапно исчез, словно его и не было никогда. Я даже сперва подумал, что все это мне привиделось, что я видел очень необычный сон, но тут вошла домоправительница и удивленно поинтересовалась, куда исчез мистер Венкл. Что ж, похоже, намечается довольно любопытное и опасное дело, обещавшее меня озолотить или же убить. Чудно, все как я люблю.
***
**22 июля 18** г.
То, как Томас исчез на моих глазах, не оставило сомнений в присутствии могущественного колдовства. Ни один из известных мне колдунов не способен заставить столько людей возвращаться, где бы они ни находились, поэтому версия о злом чернокнижнике сразу отпала. Конечно, это могло быть делом рук самих призрачных горожан, жаждущих смерти всем живым, но и здесь возникали вопросы.
Во-первых, призраки могут причинять вред живым разными способами, но здесь мы имеем дело с целым кластером, который к тому же огромен. Подобные явления обычно существуют с давних времен, и такое скопление призраков просто не могло остаться незамеченным раньше. Однако люди жили здесь поколениями, и ничего не происходило, а потом внезапно что-то изменилось. Значит, этого кластера не было здесь раньше или же его сдерживала какая-то мощная сила. Но если это и вправду целый призрачный город, то должна быть железная печать невероятных размеров.
Во-вторых, судя по показаниям клиента, призрачные гости изменили свой классификационный тип. Вначале они были представителями призраков Первого класса — видениями, повторяющими сцены из своей жизни и ничего не замечающими. Затем они стали вести себя как призраки Второго класса, которые уже осознают своё положение, чувствуют живых и проявляют к ним агрессивный настрой. А потом они преобразовались в духов Третьего класса, обладающих сознанием и разумом и сильными способностями. А если они перейдут в Четвертую стадию, то пиши пропало.
Картина происходящего пока не складывалась в единый пазл, какую-то деталь я явно упускал, но для ответов мне оставалось лишь одно. Поэтому вскоре я уже мчался в деревню N на специальном экипаже.
Стоял удушливый июльский вечер, солнце висело красным диском над горизонтом, омрачая красными тонами мелькавший мимо окон пейзаж. Жара утомляла и давила свинцовым грузом на мои плечи. Я пытался обдумать детали предстоящих поисков, но в такой духоте моя голова была словно набита ватой и пухом, поэтому я просто подсел поближе к окну и пытался поймать свежий ветерок.
Мелькавшие мимо меня леса становились все более мрачными. Деревья были оплетены паутиной, как богатая дама в шелка, а их скрюченные ветви тянулись вверх, напоминая измученные души грешников, что просят у неба прощения. Недоброе предчувствие охватило меня. Мои внутренности как будто скрутились в тугой узел и готовы были разорваться. Я уже хотел было попросить кучера остановиться, чтобы перевести дух, как вдруг что-то произошло. Я не могу передать это словами, но все вокруг стало несколько иным. Те же пейзажи, то же закатное солнце, тот же экипаж... Тот же? Я внимательно осмотрелся и понял, что нахожусь в совсем другом транспорте. Мой экипаж был обит темным и слегка потрепанным бархатом с жестковатыми старомодными сиденьями, а дверцы были украшены позолотой с облезшей краской. Данный экипаж же был полностью черным, более удобным, но его убранство... Вокруг были инкрустации из черепов и ужасных лиц, искаженных в мучительной агонии. Потолок был изукрашен какими-то странными рунами, которые ярко светились насыщенным алым цветом.
