В начале октября Лиман самолётом отправился в Юту и вернулся оттуда за рулём форда «Мустанг», последней модели кабриолета голубого цвета с серебристой полосой и салоном чёрного цвета. Мне шеф сказал, что купил автомобиль для своего брата, который по каким-то запутанным причинам не мог приобрести машину лично. Адам, живший в двенадцати часах езды отсюда, непременно отправит кого-нибудь на поиски через пару дней. Такое авто нельзя оставлять ни на минуту на улицах этого квартала: его либо угонят, либо разберут на запчасти. Вот почему Лиман незамедлительно спрятал автомобиль в одном из гаражей здания, оборудованным сигнализацией, остальные представляли собой отхожие места, каморки для местных наркоманов и случайных прелюбодеев. Кое-кто из нищих годами жили в подобных дырах, защищая свой квадратный метр от крыс и других бродяг.
На следующий день Брэндон Лиман отправил своих партнёров забрать товар в Форт Руби, одну из шестисот деревней-призраков Невады, которые обычно являлись местом встречи с поставщиком из Мексики, и когда мы с шефом остались вдвоём, он пригласил меня испытать «Мустанг». Мощный мотор, запах новой кожи салона, лёгкий ветерок в волосах, ласкаемая солнцем кожа, огромных размеров пейзаж, разрезаемый, точно ножом, пролегающей здесь дорогой, горы на фоне бледного безоблачного неба — всё очень расслабляло и опьяняло свободой. Чувству этой свободы противостояла необходимость проехать мимо расположенных относительно близко нескольких федеральных тюрем. Стоял жаркий день, и хотя худший период лета уже прошёл, в скором времени воздух стал бешено раскаляться, вынудив нас приподнять складной верх автомобиля и включить кондиционер.
— А знаешь, что Джо Мартин с Китайцем меня обокрали, нет? — спросил он меня.
Я тогда предпочла отмолчаться. Подобную тему он никогда не начинал просто так — мой отрицательный ответ подтверждал, что я витаю в облаках, а положительный равнялся признанию, что я предала его, не предупредив.
— Это рано или поздно всё же должно было случиться, - добавил Брэндон Лиман. — Я даже не могу рассчитывать на преданность людей по отношению к себе.
— На меня ты можешь рассчитывать, — прошептала я с некоторой опаской.
— На это я и надеюсь. Джо с Китайцем — парочка болванов. Ни с кем им не было бы лучше, чем со мной, я был к ним очень щедр.
— И что собираешься делать?
— Заменить их кем-нибудь и не дать им успеть заменить меня.
Следующие несколько километров мы ехали молча, но когда я уже поверила, что доверие восстановлено, шеф снова начал ту же тему.
— Один из полицейских хочет всё больше денег. Если я ему дам определённую сумму, он захочет ещё бoльшую. Тебе вот как кажется, Лаура?
— Я в этом совсем не разбираюсь.
Мы проехали молча очередной участок дороги в несколько километров. Брэндон Лиман, начинавший тревожиться не на шутку, сошёл с трассы в поисках уединённого места, и в конце концов мы оказались посреди потрескавшейся сухой земли, скал, колючих кустарников и чахлых пастбищ. Мы вышли из форда, окружённого другими машинами, присели, спрятавшись за открытую дверцу, я держала зажигалку, а он, тем временем, согревал смесь. Не успел Лиман вздохнуть, как уже ввёл себе дозу. Чуть погодя мы выкурили одну на двоих трубку с марихуаной, отмечая ею наше остроумие. Проверь нас дорожный патруль, в сумке обнаружились бы легальное оружие, кокаин, героин, марихуана, Демерол и прочие свободно продающиеся таблетки. «Эти свиньи-копы найдут что-то ещё, и это мы тоже не сможем им объяснить», — загадочно добавил Брэндон Лиман, давясь смехом. Шеф уже был настолько накачен всем, чем только можно, что вести машину пришлось мне, хотя моя практика вождения была на то время минимальной, да и выкуренный кальян туманил мне взгляд.
Мы въехали в Бьюти, безжизненную на вид деревеньку в этот полуденный час, и остановились пообедать в мексиканском трактире, предназначенном для ковбоев в джинсах, шляпах и с лассо, походившем изнутри на сильно задымлённое казино. В ресторане Лиман попросил два коктейля с текилой, пару каких-то блюд и бутылку красного вина, самого дорогого, что только было в меню. Я заставляла себя есть, пока он только двигал еду по тарелке с помощью вилки, чертя ею дорожки по картофельному пюре.
— Ты знаешь, что я сделаю с Джо и Китайцем? Поскольку в любом случае я вынужден дать копу то, что он хочет, в свою очередь я попрошу, чтобы и меня отблагодарили незначительной любезностью.
— Я не понимаю.
— Если он желает увеличить своё вознаграждение, полицейскому придётся избавиться от этих двоих, никоим образом меня не вмешивая.
