В дверь постучались, магистр повернулся к ней и дверь распахнулась не широко, но уверенно. В образовавшийся проход как всегда стремительно ворвался гелертер Асум эд Ингольский, солидно поклонился главе и направился к креслу для гостей на против хозяйского письменного стола. Столинский направился туда же и занял положенное ему место за столом. Поставил локти на стол скрестил пальцы и положил на них подбородок, посмотрел на посетителя.
— Ну и что можешь сказать теперь гелертер? Что показала твоя маленькая проверка, которая стоила жизни весьма редкому экземпляру нашего вивария.
Гелертер Ингольский по привычки сложил руки на внушительном животе и выглядел не то что бы задумчивым, скорее равнодушным.
— Да собственно ничего особенного. Никаких проблем в её биографии я не нашёл. Поведение странное и не характерное для человека её низкого происхождения, но ведь бывают же исключения из общих правил не так ли? Способности у неё интересные конечно, мастера боя очень ими заинтересовались, но не то, что бы прямо уникальные. При тщательном осмотре трупа бия были выявлено множество повреждений внутренних органов при полном отсутствии внешних. Бий умер не потому что ударился об стену, к тому моменту он уже был мёртв. Она "разрушитель" и сила у неё соответствующая. Сдаётся мне и тёмная магия уже начала на неё влиять.
— И какие выводы в целом ты можешь из всего этого сделать?
— Знаете магистр, опасной эта Иллия не выглядит. Скорее она сама чего-то всё время боится, дёргается и всё её поведение схоже скорее с поведением жеребёнка, отбившегося от своего табуна. Становится агрессивной только, если на неё нападать, а так она просто пытается прижиться здесь. На шпиона она не тянет, слишком привлекает к себе внимание, даже если сама этого не хочет. Причём совсем бессмысленно, бесцельно, в мелочах. Легко теряет контроль над собой и не следит за тем что и кому говорит. Если бы вся разведка так себя вела, то и разведки никакой не было бы. Нет тут что-то другое?
Столинский наклонил голову набок, выдавая заинтересованность и поощряя собеседника на развитие данной мысли. Ингольский это уловил, поэтому позволил себе откинуть голову на спинку кресла и задумался, формулируя не вполне оформившиеся соображения. Скорее перечисляя факты что удалось зафиксировать.
— Я точно не знаю, но есть моменты, на которые волей не волей обращаешь внимание. В городе есть храмы, но она вообще не проявляет к ним интереса, хотя все выходцы её сословия буквально помешаны на суевериях и религии. Я вообще ни разу не слышал от неё ни одной религиозной фразы или жеста. Но при этом она регулярно употребляет слово Бог или Боже. Но при этом не называет имя того, к кому обращается, словно этого уточнения и не требуется. Я тут почитал кое-какие закрытые документы «Чистых» — их в своё время очень заинтересовал один человек Арто эд Сивинс.
— Имеешь в виду того самого Арто прозванного Пепел?
— Он самый, его способности тоже впечатляли, а какие каверзы он устраивал противникам на полях сражений, у тех и шанса не было. И «Чистые» просто не могли пройти мимо такого человека. Придраться им было не к чему, рыцарь служил на благо короны, и репутация его была безупречна, вот только в храмы он не ходил, пожертвований не преподносил и вообще игнорировал любые религиозные символы. Братии это показалось подозрительным, и они решили так сказать расспросить его поэтому поводу по подробнее. Но мягко, без нажима, учитывая на что Пепел был способен. Так он на их вопросы о том верит ли он в богов и кого считает своим покровителем ответил; — Святой Дух и у меня, и у вас один просто я это знаю, а вы нет. А всё остальное от Лукавого.
— И что это значит?
Проговорил Столинский откинувшись в кресле по примеру своего собеседника. Фраза явно не была лишена смысла, но вот как её следует трактовать? Святой Дух — это что или кто? Почему он один, если в пантеоне как минимум семь богов только у людей, а у иных народов и более. Лукавый — это кто?
— Понятия не имею других документов по этому случаю я не нашёл. Судя по всему, не заладилось общение «Чистых» с Пеплом. И тут два варианта: — либо они его потрепали, как было заведено в их среде, либо он их. И если учесть, что Пепел дожил до преклонного возраста, то скорее всего он их. Я это к чему — наша адептка тоже выдаёт нечто похожее особенно когда нервничает. Ну знаешь испугается чего-то и выдаёт; — «Мамочка, Господи Боже мой, да что же это такое». Или, вот ещё; — «Господи помоги мне». А знаешь, как она тебя называет — «ректор», а мастеров боя — «физруки», не то ругательство такое, не то такое обращение ей привычнее. Наука счёта у неё — «математикой» зовётся.
— Из какого языка эти слова?
— Понятия не имею. Не нашёл ни в одном. Возможно она сама всё это придумала, а может её кто-то так учил, а она привыкла. Вот только кто и где? Вот что не понятно. При этом её способность к обучению просто огромна.
— Так хорошо получается?
