Человек позвал кого-то. Это были врачи. Меня спеленали, напоили дрянью и куда-то понесли. Я вырывалась - хотелось к маме и папе. Но жестокие мысли убивали меня изнутри. Мамы и папы больше нет. Папа умер на моих глазах, а мама умерла, долго мучившись, ведь тело ее было истерзано так, что живого места на ней уже не осталось. А последнее воспоминание о них - жестокая смерть папы и одиноко скатившаяся по лицу мамы слеза, а также ее предсмертный крик.
Мои мысли и воспоминания ранили меня. И самым худшим является то, что я жива. Жива и почти невредима. Я осталась одна. Сирота.
19.04.15 год
Хоронили их в закрытом гробу. Мне позволили остаться в квартире на эти три дня. Завтра я уезжаю к моему дяде в Шотландию. Я его не помню, ведь мы виделись лишь раз, и на тот момент мне едва исполнился год.
Похороны прошли как в тумане. Перед тем, как закопать тела, всем дали попрощаться. Я дольше всех стояла около мамы и папы, и держала их за холодные руки. Мне хотелось умереть. В школу я не ходила, но одноклассники приходили меня навещать и сочувствовали мне. Похороны помогли оплатить соседи и коллектив с работы отца и матери. Я почти не плакала на похоронах, но до этого я провела три дня в безостановочным слезах, и лицо мое опухло, нос и глаза покраснели. Я стала хуже видеть. Я рыдала дни и ночи, и за три дня не легла спать ни разу. Я не хотела есть, однако ко мне приходила соседка и заставляла кушать, хотя, если честно, я даже не понимала, что именно передо мной находилось, и какое на вкус было блюдо. Я ни с кем не говорила. После того, как свежие могилы оставили в покое, а я осталась сидеть подле них, ко мне подошел начальник отца и сказал, что мне куплен билет к моему дядюшке.
Откуда он знает о моих родственниках, я не имею понятия. И за последние три дня я впервые подала голос:
- Он знает? Обо мне знает? - спросила я и подняла свои красные глаза на почти пожилого мужчину, лицо которого было украшено пышными усами.
- Я уведомил Джордана Муна о тебе. Прими мои соболезнования. Твой отец был моим хорошим другом.
Кивнув, я пошла в сторону выхода с кладбища и направилась домой.
20.04.15 год
Вполне естественно, что этой ночью я собирала вещи. Самолет отправляется в Шотландию ранним утром, примерно в семь часов утра. Я упаковывала свои чемоданы. Александр Николаевич, начальник папочки, был хорошим человеком и входил в круг доверия папы. Он позаботился, чтобы наша квартира была продана, а деньги высланы мне в Балморал - имение Джордана Муна.
Я никому не пожелаю моей участи.
Спустя два часа вещи были упакованы и собраны. Было обговорено, что в самолете я лечу вместе с коллегой моего папы - тому требовалось лететь туда по каким-то сверхважным делам. Из всех вещей я собрала самое важное - одежду, обувь, документы, деньги, которые мои родители собирали на 'черный день' (часть я потратила на похороны), Рыжа, который стал запуганным. Он остерегался любого шороха и последние дни не отходил от меня ни на шаг. Естественно, я забрала все самое дорогое и важное из мелких вещей - драгоценности мамы, часы отца. Я не особо рассматривала то, что скидывала в чемоданы.
В конце сборов у меня оказались собранными четыре чемодана. С минуту на минуту придет коллега папы, Валентин Петрович, и поможет мне довезти все вещи до аэропорта.
Я поглядела в сторону зеркала, подошла к нему и увидела свое отражение - опухшие глаза были красными от слез и усталости, ведь несколько суток без сна дают о себе знать, светло-русые густые волосы были завязаны в пучок на голове, одежда помятая. Там, где положено быть груди, почти ничего нет, зато попа мне нравилась. Я была бледной и тощей, лицо было заплаканным. Дабы больше не пугать себя, я отошла к вещам обратно.
***
В положенное время самолет взлетел. Мы недолго парили среди облаков, прежде чем я уснула. Спала я впервые за долгое время, и снились мне кошмары. Память раз за разом услужливо подбрасывала в голову воспоминания о смерти мамы и папы. Все происходило быстро. Кажется, я плакала во сне, потому что, проснувшись посреди ночи, лицо было мокрым, а глаза щипало. Я посмотрела на телефон. Три часа ночи. Тогда перевела взгляд на вид за окном. Мы парили в темном небе среди облаков, и вдали виднелась луна. Изредка проплывали другие самолеты, унося прочь спящих людей. Во всем салоне не спала лишь я. Было ощущение, будто и во всем мире не спала только я одна.
Я любовалась луной и внезапно заметила тень. Это точно был не самолет. Предмет был не большим, размером метра два, не больше. Оно летало где-то вдали, и разобрать, чем оно являлось, я не могла. Зрение у меня было плохим, и поэтому я довольствовалась лишь тенью существа.
У ЛУНЫ ПОЯВИЛАСЬ УЛЫБКА! ЧЕРТ ВОЗЬМИ, ЛУНА УЛЫБНУЛАСЬ! ЧЕРТ!
