Увезла я с собой не так уж и много вещей, поэтому с багажом справилась быстро. Приняла душ, переоделась в черные легинсы и длинную светлую водолазку, а напоследок, включив в наушниках музыку, разместилась на широкой белой кровати. День выдался пасмурным, кое-где срывался дождь. Подогнув под себя ноги, я уткнулась щекой в мягкую подушку и сама не заметила, как уснула.
Мне казалось, словно в этом доме с нами снова папа и…Ноа. Как будто мы, спустя столько лет, опять вместе. Смеемся, обнимаемся, шутим, дурачимся, злимся друг на друга, и никто не чувствует того времени, что ушло безвозвратно. Осталась бы я дома, будь у меня возможность? Несомненно.
Единственное, чего я боялась, оставить маму в трудный для неё период. Как и для меня, здесь все было для неё чужим; всё, кроме Кристиана. Его-то, она полюбила. Я видела это по светящимся глазам и широкой улыбки, которую раньше она дарила только мне и нашей семье. И если для мамы тут был хоть один близкий человек, родственная душа, то я осталась одна. Теперь, я не могла прийти к ней посреди ночи, улечься на её кровати и закутаться в маминых объятиях. Чувство, что в этом месте все кардинально измениться, не покидало. Я боялась потерять единственного дорого мне человека. Пожалуй, возможно, я боялась и того, что оказалась «новенькой», чужой для всех. Теперь мне придется начинать всё с чистого листа, расписывая чужую историю. Моя — осталась дома, с папой и Ноа.
Будучи маленькой девочкой, и до сознательного возраста, я постоянно представляла, что сейчас я выйду со школы, а меня встретит на своем спорт-каре папа. Всё такой же молодой, веселый, родной… Думала, то, что он пропал без вести, совершенно не показатель. Надеялась, что он застрял в глухой пустыни, где не было связи, и всеми силами пытается найти дорогу домой. Всей душой верила, что на моё восемнадцатилетие распахнется входная дверь, и папа войдет с огромным букетом в руках и той же мальчишеской, теплой улыбкой. Годы шли, надежда рассеивалась, а груз на душе оставался, как и у мамы, пока она не встретила Криса. С ним, она вновь почувствовала счастье, семейное тепло и радость. Мне же еще предстояло найти человека, который смог бы вытеснить все плохие воспоминания из моей головы и подарить чувство надежности. Я верила, что смогу так же полюбить, как мама папу в свои восемнадцать. И свою любовь я пронесу через всю жизнь.
Проснулась я от того, что кто-то нежно гладил меня по волосам. Расклеив ресницы, я взглянула через плечо и встретилась с теплой маминой улыбкой. Она рядом. Кинувшись в ее объятия, я зарылась в пахучие волосы родительницы, словно после долгой разлуки. Всё тоже тепло, те же родные руки и запах. То, чего больше всего на свете я боялась лишиться.
— Ты чего, доченька? — вытирая мою стекавшую по щеке слезу, грустно улыбнулась она. Хоть бы мама не пожалела о своем решении, увидев меня в таком состоянии. Она, как никто другой, заслуживала счастья.
— Да это мне папа приснился… — солгала я, чтобы ещё больше не давить на нее. Воспоминания о первом муже, всегда вызывали у мамы улыбку, в то время как у меня слезы и боль от утраты.
— Он гордится тобой…
Шмыгнув носом, я подлезла ближе, прижимаясь к маме.
— Спускайся поужинать… — аккуратно начала она. — С утра ничего не ела. Кристиан попросил приготовить твои любимые блюда, я лично рецепты давала! — похвалилась мама и теперь, искренне улыбалась.
— Как тебе комната?
— Нормальная…
— Нормальная? — вскинула мама брови и хитро ухмыльнулась. — Вообще-то, я думала тебе нравятся мои работы куда больше «нормального»… — фыркнула она, сделав вид обиженки, и надула пухлые губы. Черты лица у меня были в неё.
— Так и думала, что твой проект…Но как же, дом наверняка уже давно с ремонтом?
— Это была идея Криса. Он сказал, чтобы ты чувствовала себя лучше и уютнее, составить лично, как мама и профессионал, для тебя проект интерьера. Мы поэтому, только сейчас переехали сюда. Велись ремонтные работы. — ничего себе. Правда, не ожидала. На её улыбку я лишь нахмурилась, поджав губы, и задумчиво уставилась в стену. — Он очень надеется, что ты сможешь почувствовать себя, как дома. И хочет, чтобы с Джеймсом сдружились…
— Это вряд ли, мам, — выпалила я, не желая поднимать такие вопросы.
— У парня сложный характер, но я вижу, он не плохой! Всего лишь брошенный мамой ребенок. — какой же мама была добродушной… Такое добро губит людей. А такие, как этот «не плохой», нагло пользуются добром. Не припоминаю, чтобы она видела в людях плохое. — Джеймс рос без матери, он не знает, что такое семейное тепло, как бы Кристиан не старался делать для него всё. Возможно, это одна из причин, почему он многое себе позволяет…Попытайся хотя бы, пожалуйста! — отказать я не смогла.
— Время покажет, мамуль, — нашла я лучший ответ.
