И набросился на меня с ножницами.
К тому времени, как он закончил, у меня даже спина слегка затекла.
Едва поднявшись со стула, я угодил прямо в лапы к Шарлю.
Меня все-таки раздели, потом во что-то одели. Я не акцентировал ни на чем внимания, принимая происходящее, как неизбежное зло.
— Божественно, просто божественно. — Шарль сложил руки на груди. – Ты произведешь фурор, любовь моя. – Кажется, меня все-таки передернуло. Положение спас Филипп.
— Я очень признателен вам, но у нас мало времени. Еще немного и мы с Севи опоздаем на представление.
— Конечно, конечно. Но, Фил, негодник, я рассчитываю, что через неделю, когда гардероб этого юного очарования будет готов, вы посетите меня в моей мастерской. Я хочу присутствовать при примерке.
— Конечно, Шарль, ты можешь на нас рассчитывать.
Когда они, наконец–то, убрались, Филипп покосился на меня и вздохнул.
— Ты просто чудо. Чего у Анри не отнять, так это — чувства прекрасного, а у Шарля, не смотря ни на что, безупречный вкус. Кстати, Анри такой же как и ты, то есть гетеросексуал. Предупреждая твой вопрос, ему так было проще пробиться. Мир моды очень жесток и одного таланта для того, чтобы добиться в нем успеха — мало. Но, поспешим, а то действительно опоздаем.
— Я могу хотя бы в зеркало взглянуть?
— Вернемся, взглянешь, поверь мне, ты выглядишь изумительно.
Мы аппарировали в театральную ложу. Забавно, я даже не увидел, что это вообще был за театр.
— Есть своеобразное преимущество в закрытых ложах, не находишь? Во всяком случае, они здорово позволяют сэкономить на дороге.
— Что мы будем смотреть?
— Балет. Сегодня выступает труппа Большего Театра из России. Хачатурян. Балет называется «Гаянэ».
Балет мне понравился. И музыка, и танцы были просто изумительны.
Особое впечатление на меня произвел танец с саблями и чувство, что сегодня Кери танцевал ничуть не хуже.
В антракте я заметил, что на меня многие откровенно пялились. Меня это слегка нервировало.
Проходя по одному из коридоров, я внезапно увидел парня идущего мне навстречу. Очень коротко постриженный, но с длинной челкой, закрывающей одну половину лица. Челка была рваной, но как ни странно, подчеркивала привлекательность парня. Бледная кожа, высокие скулы, черные глаза, опушенные длинными и густыми ресницами, даже большой нос не портил его, а придавал какую-то изюминку внешности. Он был очень стройный и одежда, что была одета на нем, подчеркивала широкие плечи, тонкую талию и узкие бедра. Его походка чем-то напоминала мне походку Эвана. Одет он был в мягкие брюки из темной замши, белоснежную водолазку и расстегнутый пиджак с высоким воротником–стойкой, длиной немного выше колен, с разрезами по бокам. Пиджак был черного цвета, с пущенной по воротнику и бортам вышивкой из серебряной нити. Никогда не завидовал смазливой внешности Поттера, Блека или Малфоя, но сейчас впервые ощутил неприятный укол где-то в районе груди. И лишь подойдя ближе я понял, что передо мной находится зеркало.
Никогда еще не писал так много, как сегодня. Пора спать, завтра начнется ад.»
— Твою ж мать, мать твою, твою...
— Перси, читай! Кингсли заклинило, полейте его кто-нибудь еще водичкой!
====== Глава 27 “Начало пути” ======
«28 августа 1976 года.
Через четыре дня я сяду в Хогвартс–экспресс и уеду в школу. Я там буду почти как обычный ученик. Ключевое слово – почти.
Последние недели в один миг вдруг как-то стерлись, размылись. Осталось время “до” и время “после”. После того, как я...
Две недели, прошедшие с того момента как за мое воспитание взялись пятеро специалистов высочайшего класса по проведению секретных операций, пролетели со скоростью снитча.
Сказать, что они меня многому научили? Нет. Я стал довольно сносно попадать в мишень и пропускал на спаррингах с Кери каждый второй удар, а не каждый первый, как вначале. Да, там же еще были бокены. До мечей мы не дошли, к счастью для меня.
Единственное, что у меня выработалось – это скорость реакции. Я начал замечать, что в меня что-то летит уже на третий день, а на десятый, я мог если не отбивать, то уклоняться от летящих в меня мячей. Свою угрозу насчет ножей они не выполнили, так что думаю, это все-таки была шутка. Однако, когда я заикнулся о своем несовершенстве, ну еще бы, даже в своих поединках со Слизерином я выглядел более достойно, мои няньки переглянулись и весело заржали.
— Не комплексуй, Сев, достать каждого из нас – это нужно умудриться. Вот увидишь, если тебе встретится соперник, ну или соперники, так сказать, твоей весовой категории, то ты сможешь их удивить. – Андре говорил это, запуская в полет к мишени очередной нож.
Я сейчас слукавил немного, метать ножи, любые и из любого положения я научился в совершенстве. Для мага, естественно. Как-то раз Фернандо с Андре на спор метали... все они метали и ножи и топоры, и лопаты, и даже вилки — все находило свою цель. Мне до них, как им до меня в магии.
