В караване нас встретили с воодушевлением, поскольку все грибы внезапно завяли, но никто так и не смог объяснить происходящее. Наш рассказ о приключении в болотной пещере очень взволновал торговцев, но они были рады тому, что ситуация разрешилась и обоз мог продолжить свой путь. В конце концов, для того мы и нанялись в охрану, чтобы разрешать подобные проблемы.
После инцидента с Грибом прошло несколько дней. Вубли замкнулся в себе и ни с кем не разговаривал, свою работу выполнял чисто машинально. Мы решили не докучать ему, а дать время прийти в себя. Я надеялся, что это не займет уж слишком много времени.
До Даггерфорда оставалось не так уж далеко, когда мы сделали очередную остановку в какой-то деревеньке возле тракта. Впервые за несколько недель этого путешествия мы смогли отдохнуть в более-менее цивилизованных условиях. Помыться и переночевать в кроватях, а не в спальных мешках.
На утренних сборах в дорогу мы заметили, что к каравану в качестве пассажиров присоединились двое. Высокий худощавый человек закутанный в плащ и девушка-гном подозрительной наружности. С новичками на борту караван продолжил путь.
Культисты у своих телег вели себя как-то странно. Мы стали замечать, что они часто настороженно смотрят в нашу сторону, иногда о чем-то перешептываются. Не иначе что-то задумали.
Утром после очередного привала мы собирались подкрепиться уже привычной кашей. Я набрал себе миску этой бурды и позавтракать совсем уж было собрался. Но тут та самая подозрительная гномка выхватила тарелку у меня прямо из рук. Я даже не успел возмутиться, как она принялась ковырять в каше ножом, а затем достала из нее какой-то комок. Она перекатывала комок на пальцах, от чего развернулся превратившись в иглу размером с палец. Какого черта?!
— Эта штука называется «костяная щепка» — сказала гномка, — проглатываешь ее, а в желудке она расправляется и протыкает внутренности… В общем довольно мучительная смерть.
— Всякая отрава в еде, предлагаю есть одни консервы, — проворчал я, аппетит мне отшибло начисто.
— Спасибо! — поблагодарил гномку за меня Ульфгар, — Как, кстати, тебя зовут?
— Зовите меня Джемна, — представилась она.
— Так как ты узнала, что в еде что-то есть? — спросил Ульфгар.
— Я любопытная, — ответила девушка, — и много чего замечаю. Я заметила как один из тех караванщиков, что ведут закрытые телеги, шнырял тут. А вообще как раз те телеги меня и интересуют. Очень хочется узнать что в них.
Мы с Ульфгаром переглянулись, ведь нам было известно кто везет и что именно в этих телегах. Но нам важней было узнать куда и зачем.
— Я хочу предложить вам сотрудничество, — продолжила Джемна, — Вы ведь хотите узнать почему вас хотели отравить. Что если нам схватить одного из охранников и допросить? Я помогу вам и заодно узнаю, что у них за груз. Что скажете?
— Что-то не очень я ей доверяю, — шепнул мне Ульфгар, — эту щепку она ведь и сама могла подкинуть.
— Но если вы решите устроить разборки открыто, — добавила гномка, — я буду все отрицать, так что вас скорее всего примут за сумасшедших.
— Ладно, мы согласны, — ответил Ульфгар, — сделаем это ночью.
На следующей стоянке, когда стемнело я встретился с Ульфгаром и Джемной. Мы подкрались лесом к повозкам культистов. Ульфгар собирался использовать свое магическое умения по воздействию на разум. Несколько их караванщиков стояли на страже, пока остальные отдыхали. Дварф сосредоточился на ближайшем караульном и внушил ему приказ отойти от лагеря в лес. Тот подчинился и направился в нашу сторону. Другие караульные видели это, но ничего не предприняли, должно быть, подумали что их товарищ отошел по нужде.
Когда караульный подошел к нашей позиции, мы с Ульфгаром навалились на него, а Джемна поспешила заткнуть ему рот. Мы оттащили его подальше от лагеря. Теперь можно было задать несколько вопросов.
— Мы знаем, что вы пытались нас убить, — сказал Ульфгар, показывая костяную щепку, — Почему?
Пленник молчал. Тогда Джемна приставила нож к его горлу и надавила, по коже стекло несколько капель крови. Это не подействовало.
— Эх, не хочу я так поступать, — сказал Ульфгар, — но возиться с тобой времени нет. Давай так: или ты начинаешь говорить, или я отрублю тебе руку.
Мы с Джемной приложили руку бедолаги к стволу поваленного дерева, а Ульфгар достал свой топор и стал примеряться для удара.
— Фа-хахну, — промычал пленник.
— Похоже он хочет поговорить, — сказал Ульфгар, — наверное, надо вынуть кляп.
— Я ничего про это не знаю, — промямлил пленник, когда ему открыли рот.
— Вранье, — оборвал его Ульфгар, — мы заметили, как вы все время на нас смотрели и о чем-то переговаривались.
— Я только знаю, что ваш тортл помешал планам хозяина в горном лагере, — стал рассказывать караульный, — кто-то из наших его узнал. Тортла ведь не каждый день встретишь, да на всем Побережье Мечей может три штуки найдется. Но про убийство я ничего не знаю. Зачем нам в караване шумиху поднимать?
— По-моему, он не врет, — заключил Ульфгар.
