Задорно подмигнув, я вколола лекарство в обнаженную татуированную руку, которая уже начала слегка подергиваться, отходя от наркоза, и вышла из номера, прихватив с собой оба электронных ключа. Уже дойдя до ресторана внизу, я услышала сверху жуткий вой и сама себе кивнула – паралич прошел, и началось действие второго препарата. Отлично, думаю, больше проблем с напарником не будет.
И в самом деле, дальше все пошло как по нотам. На следующий день в ресторане за ужином мой зэк, чуть-чуть заикаясь и дергая глазом от пережитого накануне ужаса, тем не менее громко орал на меня и даже бросил кусочек жареной форели мне в лицо. Намеченная жертва сидела за соседним столиком. Слезы беззащитной красотки растрогали его настолько, что он тут же послал бодигардов разобраться с мерзким типом, обижающим бедняжку, а я получила приглашение продолжить банкет в его номере, разумеется, только вдвоем. Его телохранители должны были провести эту ночь куда прозаичнее, в номере с двуспальной кроватью, карауля моего нетрезвого супруга. Я ушла от чиновника посреди ночи, когда он уже не дышал, и сразу уехала на заранее поставленной неподалеку от отеля машине. Татуированный напарник же в это время сладко спал в нашем номере для молодоженов под охраной обоих бодигардов.
Самое смешное, что его так и не посадили. Он просидел в СИЗО пять месяцев, но сумел убедить следователя, что просто снял незнакомую девушку в ночном клубе, и вовсе не ожидал такой подставы.”
************************
Дочитать “Красавицу над бездной” я так и не смогла. Думала, что немного передохну и все же себя заставлю, но тут меня вызвала Алена. Похоже, она решила определить меня на роль компаньонки, раз уж телохранитель ей пока не нужен. А в самом деле, платят мне ежедневно и она, и банкир, должна же я отрабатывать гонорар?
– Я всю ночь не спала, все думала – а вдруг Скворцова подставили? Он был такой нормальный мужик, туповатый, конечно, и с женой-дурой… но ведь не злодей! – она шептала так тихо, что я с трудом разбирала слова.
Она в теплом спортивном костюме сидела на узком диванчике в центре гостинной, по которой сновала хорошенькая Женечка, и зябко кутала руки в красивую меховую муфту. Меня же усадила буквально себе под ноги, в низкое круглое кресло, где колени упирались в подбородок, и я сильно подозревала, что без посторонней помощи никак не поднимусь.
– А кто, думаешь, его подставил? – голова шла кругом, и я уже не представляла, кого подозревать.
Она с опаской повертела головой, потом склонилась поближе к моему уху:
– Ну подумай сама. Ему прекрасно платили, и на обед часто приглашали в дом. А он же детдомовский, для него любая печенька в радость. А тут – личный шофер, доверенное лицо хозяина… да он был так предан Андрею, любому горло бы за него перегрыз! С чего бы вдруг похитил хозяйского ребенка?
– Но он же… его видели свидетели, – как он Вадика в джип сажает! – похоже, я точно переселилась в какой-то стивенкинговский мир. – И официантка “Дальнобоя” его видела, и на куче камер он засветился, и возле школы и возле кафешки. Никто не мог так под него замаскироваться, это точно был он.
– Да это понятно, я ж не про это тебе толкую. – еще тише зашептала она. – Конечно, забрал Вадика Коля, и он же передал заказчику. Я о другом – кто, по-твоему, был этим заказчиком? Кто мог отдать приказ забрать ребенка, а потом передать хозяину? Ну что, соображалка заработала?
– Погоди-ка, – громко проговорила я, но она тут же зашипела, как рассерженная кошка. Я тоже огляделась и прошептала: -Может, в твою спальню перейдем?
– Нет. – едва шевеля губами, ответила она. – Там можно подслушивать так, что и не заметишь. Здесь поговорим, вокруг нас пустое пространство.
– Да кому тут подслушивать-то?
Хозяйка слегка скосила глаза на порхающую по холлу горничную. Та суетилась, как кошка возле мышиной норы, то приносила подносик с кофейником, который мы не заказывали, то переставляла горшочки с цветами. Интересно, какую премию выдала ей Алена, что она так старается?
– Ладно. – мне показалось, что мы синхронно сходим с ума. – Ты думаешь, что твой муж велел шоферу забрать сына и передать ему? То есть это банкир сидел в то утро в кафе “Дальнобой”?
– Вряд ли. – пожала плечами Алена. – Чтобы мой супружник в одиночку поперся в такое кафе? Без кучи охраны? Там, скорее всего, сидела София Скворцова. Они вышли через служебный вход, и отвезли ребенка Андрею. Ну подумай сама, где еще его могут прятать? А у мужа полно недвижимости в собственности, я даже толком не знаю, что ему принадлежит.
Я ненадолго задумалась. Резон в словах Алены, разумеется, был, у банкира и впрямь нашлось бы потайное место, где можно спрятать ребенка. И да, шофер выполнил бы любое его распоряжение, не задумываясь. Но зачем? Зачем Тихомирову похищать своего же сына, а потом так жестоко избавляться от соучастников? Ради чего?
– Я не знаю. – тихо ответила Алена. – Может, он решил от меня избавиться, и, чтобы не судиться за опеку, решил Вадика просто похитить?
– А что потом? Как он вернет ребенка? Или так и будет его до старости прятать?