Не вникая в эти филологические перлы, Половцев прижал его к двери, выкрутил руки и быстро надел небольшие наручники. Я аж ахнула про себя – надо же, как хорошо он экипирован для сегодняшней вылазки! Тем временем, волоча за скованные руки теперь уже смертельно перепуганного мужика, Половцев подбежал к задней двери пикапа, сорвал задвижку и распахнул створки. На его голову посыпались обувные коробки. В полете они раскрывались, на мокрую каменную плитку падали босоножки с небольшим каблуком, меховые тапочки и короткие сапожки-ботильоны, а еще десятки белых и серых коробок виднелись в глубине фургона.
Ребенок никак не мог бы спрятаться в залежах этих коробок, но Саша велел мне залезть и проверить, нет ли в глубине обувных завалов каких-то следов маленького пленника. С некоторым трудом я выполнила приказ, уже понимая, что на несчастного шофера мы напали зря.
Обшарив фургон, я спрыгнула на землю. Половцев ловко поймал меня на лету, не дав упасть, затем одним движением расстегнул на мужике наручники, подтолкнул его к машине и, даже не извинившись, потащил меня к аварийным дверям. Вялый шепот бородатого бедняги с доселе неизвестными мне ругательствами звучал как аккомпанемент, и наводил дополнительное уныние. Да уж, вот оно, музыкальное сопровождение, которое мы заслужили. Подергав створки и убедившись, что они прочно заперты, с побелевшим лицом Саша обернулся и прошептал, вернее, прошипел:
– Мы дико лажанулись. Все решилось внутри магазина.
В этот раз к “Гипериону” Оскар приехал лично. Не обращая внимания на сияющие синими огоньками многочисленные полицейские машины, он выскочил из бусика и бросился в кафе, где, схватившись за голову, сидел Половцев, а я из последних сил пыталась его успокоить. На вопросы Оскара он все же начал отвечать, но увы, даже совместными усилиями мы не особо прояснили ситуацию. Все выглядело как-то обыденно. а оттого особенно дико.
В 11.02 Евгения вышла из кафе, направляясь в галантерейный киоск справа по коридору. В киоске она побывала, растрепанную девушку с синем спортивном костюме запомнила продавщица. Она купила небольшую пластиковую расческу и вышла из магазинчика. На этом ее следы терялись. В коридорчике, занятом галантереей и мясными ларьками, не было ни единой камеры.
В 11.05 – я запомнила время, ярко светившееся на дисплее Алены – пришел вызов от похитителя. В 11.06 Алена вышла из кафе, и больше ее никто не видел. Увы, камеры на первом этаже были лишь в большом продуктовом магазине в самой глубине супермаркета.
Бесследно исчезли обе женщины, которых мы сопровождали. Хорошо еще, камера, направленная на парковку, все же запечатлела, как мы пробегали мимо, стремясь побыстрее обогнуть здание. А то, боюсь, мы стали бы главными подозреваемыми, и даже близкое знакомство с начальником СК не помогло бы. Но поскольку на камерах было видно, как мы бежим вокруг супермаркета вдвоем, нас сложно было обвинить в похищении кого-либо.
– Но я не понимаю… Как ее смогли вывести наружу? – голова кружилась, и мне иногда казалось, что все это мне сниться. – Аварийный выход был закрыт!
– Был открыт другой выход, с обратной стороны здания. – хмуро пояснил Оскар. Он сидел ссутулившись, опустив глаза, и мне показалось, что его виски побелели. Ранняя седина… может, она и раньше была, а я просто не замечала? – Видимо, на нее напали в коридоре, дотащили до открытых дверей и там усадили в машину.
– Камер там нет?
Оскар лишь устало покачал головой.
– Зачем их похитили? – я никак не могла поверить в реальность происходящего. – Ладно бы еще Алену… может, заставят ее деньги перевести куда-то. Но Женя-то им зачем?
– Не знаю. Но преступник точно действовал не в одиночку. Обеих женщин похитили примерно в одно и то же время, ну, может с интервалом в две минуты. Одному такое не провернуть.
– Телефон Алены удалось запеленговать? – очнулся наконец Саша.
– Последний сигнал был из “Гипериона” в 11.07. – устало ответил Оскар. – Потом телефон отключился. Наши похитители кто угодно, только не идиоты.
– А банковские счета заблокировали? – Половцев полностью пришел в себя и рвался хоть что-то проконтролировать.
– Да, те, о которых мы знаем. – кивнул Оскар. – Но могут быть и нам неизвестные.
Я очумело наблюдала через стекло, как наводнившие супермаркет полицейские бродят по коридорчикам, то показываясь, то скрываясь из вида. Представлялось совершенно невероятным, что среди бела дня, в не таком уж безлюдном торговом центре могли похитить двух взрослых женщин, да еще так, что этого никто не заметил.