Я вернулась за свой стол, но понимала, что досидеть до конца дня не смогу. Убегу после обеда, чтобы не вызывать подозрений. До него осталось совсем немного. Вика еще раз напомнила, что сегодня мы обедаем вместе. Ладно, пожалуй, и это я смогу стерпеть. Сейчас надо найти какое-нибудь занятие чтобы переключится. Как же я хочу провалиться сквозь землю! Это так унизительно все… Но я не просто не могу спрятаться, я сижу на всеобщем обозрении как полярная звезда. Мне кажется, все между собой сейчас обсуждают, что я только что брала в рот у начальника на лестнице. Только об этом и думают. Наверное, я накручиваю, но о чем еще можно думать в «оупен спейс», когда не завален работой.
Пришло время обеда, и я пошла в столовую. Пока стояла с подносом в очереди ко мне пристроилась Вика.
– А вот и я! Эй, ну не унывай. Тетя Вика тебя сейчас развеселит!
Только этого не хватало…
– Ты же знаешь, я сейчас не замужем, но была. Так вот мой Димка все время мне компостировал мозг, что хочет детей…а я не хотела, вот просто не хотела! Даже думала иногда, может со мной что-то не так, может я ненормальная? Раз у всех потребности, материнский инстинкт и все такое, а у меня ничего. Мне хотелось просто вот жить, гулять, есть пить и спать. Ну работать, конечно же, чтобы на все это были деньги…
– К чему ты это говоришь? – спрашиваю я и мы уже движемся к столику.
– …Да ни к чему. Просто рассказываю, как у меня было. Ты можешь не слушать, если не хочешь.
– Рассказывай, я слушаю тебя. Просто думала, что ты к чему-то клонишь.
– Ни к чему не клоню. Почему все всегда должны к чему-то клонить? Я просто беседу поддерживаю, рассказываю про свою жизнь. В общем так мы и расстались с Димкой, потому что разошлись во взглядах не семейную жизнь. – Вика поджала губу и щедро зачерпнула борща. – А твой как смотрит на то, что второй раз не получается?
– Никак. Да мы в общем-то не стараемся. Мне хватает по уши одного ребенка.
– А мне нравится чувство свободы! Никому не принадлежишь! Никто на тебя не заявляет прав. Делаешь, что хочешь! Ходишь куда хочешь!
– И куда ты ходишь?
– Ай, ну все тебе расскажи!
– Ты хотела рассказать, иначе бы не начинала эту тему.
Вика наклонилась через стол и шепотом произнесла мне на ухо «Стриптиз».
– Ты ходишь в стриптиз? – переспросила я в голос.
– Тише ты!.. Вот делись с тобой секретами. Да, хожу. Там такое можно увидеть, ууу…Ты себе даже представить такое не сможешь. Тебе воспитание не позволит.
– Да, пожалуй.
– Наташа, ты такая…скованная. Тебе надо освободится. Раскрыться! Взлететь! Давай с нами?
– С вами? Вас несколько?
– Да, нас собралась небольшая команда, мы ходим раз в две недели.
– Группа по интересам, значит. Нет, это не мое.
– Ой, какая ж ты зануда! Тебе лишь бы в кубики играть, да книжки читать. А мир он там, снаружи!
– Я обязательно прислушаюсь к твоему совету.
– Ох, где ж вас таких консервативных рожают. Ты словно из другого времени…
***
Я сидела на скамейке, когда он подошел.
– Что случилось? Ты меня напугала своим звонком… – Костя сел рядом со мной.
– Нам надо поговорить. – я старалась быть серьезной и не переходить на истерический тон.
– Ты уверена? Вроде же условились без перехода на личности.
– Да, но как ты говорил, это произошло после нашего знакомства. Та девушка, кто она?
– Какая девушка?
– Ты прекрасно понимаешь, о ком я говорю!
– Ах та девушка… Как бы тебе объяснить. – он задумался, но ненадолго. – Она плохой человек.
– Она была!
– Была, да. Была плохим человеком. Я ее избавил от участи быть плохим человеком.
«Избавил от участи»? Да кем он себя возомнил? Господом богом? По какому праву он решает кому жить, а кому нет?
– Ты убийца…
– Да, я тот, кем ты меня назвала. Но это не моя вина.
– Что значит не твоя вина?
Костя глубоко вдохнул и посмотрел на небо.
– Это началось со мной еще в детстве. Это болезнь, я уже не вспомню ее название. Выражается в таком зуде, ужасном зуде по всему телу. Он отдает в конечности, в голову. Я слышу крики…Вот такие приступы.
– Боже! И что?
– И я могу помочь себе только если убью кого-нибудь.
– Эти приступы прекращаются?
– Да, на время.
– И ты убиваешь постоянно?
– Да, можно сказать и так. Но в детстве, когда мы с отцом только поняли в чем проблема со мной и как ее решить…то условились кое о чем. Что я буду убивать только тех, кто заслуживает смерти.
– Никто не заслуживает смерти!
– Но все ее получают в конце концов. Просто кто-то раньше кто-то позже. Я считаю, что мои жертвы сами приближают свой конец.
– С кем я встречаюсь… – закрываю лицо руками от стыда перед всем миром.
– Эй, ты в полной безопасности. Я бы никогда тебя не тронул!
– Как я могу быть уверена в этом? Как?
Я почти кричу. А Костя совершенно спокоен и говорит со мной так, будто мы обсуждаем, что будем сегодня на ужин – пиццу заказывать или котлеты готовить.
– Просто поверь…
– Сколько человек ты убил?
– Не знаю, я не виду им счет. Как только приходит зуд…может раз в месяц.
– Месяц?! Господи, это же сколько народу ты погубил…ты чудовище…
– Я знаю…Я согласен с тобой, но я ничего не могу сделать.
– А ты не можешь отбирать жизни не людей? Животных хотя бы?
