Дневник. Первые потрясения полностью

—Сколько раз я говорил Дамблдору, что это вы помогаете старому другу Блеку проникать в замок. И вот оно, доказательство. Но мне и во сне привидеться не могло, что у вас хватит духа вновь воспользоваться этой развалюхой как убежищем…

И тут он замолчал, потому что в его передатчике появился чей-то мерзкий голос:

– Твой мальчик у нас. Ты же дорого ценишь своих людей? Не так ли? Не делай резких телодвижений, и он выживет. Чтобы сразу расставить все точки я представлюсь. Меня зовут Майкл Хиггинз, рядом со мной стоят: Ричард Гилберт, кстати – он оборотень, и Джон Фаррел. Мы дети убитых тобой замечательных людей. А что, у нынешнего начальника Отдела Тайн появился свой собственный цепной пес, свой собственный Пожиратель, которому дали команду «Фас» и он сразу побежал перегрызать глотки неугодным руководству людям? Что, привык свою задницу Лорду подставлять, решил хозяина сменить? Что ты на это скажешь? – в голосе появились глумливые нотки.

Я начал молиться. Не слушай его, Рей.

– Керри? – бросил я спецу довольно резко.

– Еще минут десять, Сев, главное, чтобы они не отключились.

—Этой ночью в Азкабане станет на двух узников больше, . – Голос Рейнарда зазвенел от с трудом сдерживаемой ярости. В эфире послышался глубокий выдох и щелчок, теперь он обращался к Люпину и, скорее всего, к находившемуся где-то рядом Поттеру. —Вот интересно, как это понравится Дамблдору… Он был так уверен в твоей совершеннейшей безвредности, Люпин, вервольф ты наш домашний…

Что происходит? Где он? Почему Рей все еще с этим оборотнем облезшим, а не здесь? Почему мы слышим только Рея и того кто с ним разговаривает по связи? Передатчики придется переделывать. Полностью. Причем до такой степени, чтобы никакой урод связаться по ним больше ни с кем не смог.

– Нам нужен ты, Мальсибер. Только ты. Твоя жизнь в обмен на жизнь твоего мальчишки. Решай, только быстрее, он уже почти не дышит, – говоривший явно наслаждался растерянностью Рейнарда.

—Только дай мне повод, — прошипел Рей, —дай повод, и, клянусь, я убью тебя. – Голос Мальсибера не оставлял никаких сомнений в том, что обещанная смерть будет далеко не легкой и безболезненной.

—Мисс Грейнджер, вы уже на грани исключения из школы! — рявкнул Рей, после очередного щелчка. —А что касается вас, Поттер и Уизли, вы вообще перешли все границы, проводите время в компании закоренелого убийцы и оборотня. Так что раз в жизни придержите языки.

Блять! Там еще и вся эта троица собралась в полном составе и, судя по всему, неуловимый Блек. Какого хрена во всех непонятных делах всплывает этот Поттер?  Я выплюнул очередной ноготь. Представляю, что они сейчас думают. Их же Рей не может выключить из разговора. Ну почему мы слышим только Рея?

—Молчать, глупая девчонка! Не рассуждай о том, чего не понимаешь!

Заткнись, Грейнджер, заткнись, ради Мерлина. Рей сейчас в таком состоянии, что может наделать глупостей, о которых будет впоследствии жалеть.

– Ты что-то слишком долго думаешь. Что, свою жизнь ты ценишь выше других? А может мы поймали не того? Может все-таки существуют люди, которые тебе по-настоящему дороги. А? Рейнард Мальсибер? – голос поменялся. Теперь он напоминал рык. Оборотень. Рей, только не ведись, не делай глупостей.

Щелчок:

—Месть может быть так сладка, — промурлыкал доведенный до белого каления Рей. —Как же я мечтаю, что сам поймаю тебя…

– Есть, я накрыл этих уродов, вот координаты, – и Керри начал что-то быстро писать.

– Две двойки приготовиться. Андре и Фернандо за старших, маги Сэм и Вильям, выступаете по готовности. – Эван стал раздавать указания. Похоже, полковник решил, что вина за то, что произошло, полностью лежит на нем. Не продумал защиту, не уберег мальчика, не сделал еще что-то…

– Есть.

– Андре, мне нужно знать, как они вышли на Тео и Рея, мне нужно знать, как они узнали об устройстве, – прошипел я. Как же мне хотелось заменить кого-нибудь из магов и пойти самому. Но, выразительный взгляд Эвана сказал мне, что мечтать не вредно.

– Нас учить, только портить, – огрызнулся Андре, застегивая сбрую со всевозможным оружием. – Готовы? Пошли! 

А светский разговор в Хижине тем временем продолжился: