Вот тут у меня сковало грудную клетку. Я вдохнуть не мог, не то, что ответить ей. А она, уходя, бросила через плечо:
— На выходных заедешь за мной, отвезешь на дачу к родителям. Там вся их компания соберется. А ты им так понравился в прошлый раз.
— Если с ней хоть что-нибудь…
— Не случится. Ты же престанешь с ней видеться. Лишние неприятности никому не нужны. Хоть у Алымова и длинные руки, но мараться об твою шалаву хлопотно. Это не значит, что все мои угрозы — пустой звук. Ради меня Ренат сделает всё, что угодно».
«Я люблю Диану. Не хочу терять! Но и подвергать опасности больше не могу. Время идет. Мы не виделись почти неделю, прикрываюсь якобы навалившейся работой.
Пытаюсь разобраться со слежкой. Думаю, ищу варианты. Но пока никто из тех, к кому я обратился, не согласился связываться с Алымовым. А про то чтобы обратиться в милицию, не может быть и речи — ситуация со стороны выглядит настолько комичной.
Завтра придется везти эту истеричку на дачу. Рисковать здоровьем Дианы я не имею права».
«Я думал, что пребывание на даче будет ужасным. Но всё оказалось более-менее, терпимым. Не знаю, что именно Лиза рассказывала про меня родителям, но Белла приветствовала меня, как родного и всё извинялась, что не звонит — дел много. Александр Петрович будто забыл, что когда-то называл меня щенком и даже грубо выставил за дверь. Сейчас он держался, как заправский тесть. Похлопывал по плечу, в разговорах с мужиками говорил про меня «а наш-то…», и вообще вел себя прилично.
Друзья родителей Лизы и вправду обрадовались мне. А особенно, когда они узнали, что я теперь — новый жених Лизы и отец ребенка. На вопросы, когда свадьба, я мысленно отвечал: «Никогда», а Лиза выкручивалась тем, что хочет сначала родить, а потом уже устраивать красивую свадьбу с дизайнерским платьем на постройневшей фигуре.
Нас с Лизой душевно поздравляли. Оказалось, что некоторые даже болели за меня зимой на базе отдыха. От их умудренных жизнью взглядов не укрылся любовный треугольник, который тогда образовался между мной, Лизой и Юркой.
Я играл свою роль, как по нотам. Всем улыбался, кивал, смеялся шуткам и хохмил. Очарование интеллигенции в том и состоит, что общаться с ними — легко и приятно. Лиза пила вино, я следил, чтобы больше не пила. Помогал женщинам накрывать длинный стол под грушевыми деревьями. Помогал мужчинам собирать мангал и даже ходил на рыбалку. Когда вечером похолодало, ушел в дом за лизиным кардиганом. У меня была тысяча и одна причина быть в ее поле зрения и не оставаться наедине.
На ночь нам выделили отдельную комнатку. Я выпил припасенную таблетку снотворного и провалился в царство Морфея…
Утро было туманное и хмурое. Завтракали мы так же веселой компанией на улице, надев на себя всё теплое, что было с собой на прохладную погоду. Лиза в кроссовках, джинсах и вязаном кардигане выглядела, как модель из каталога одежды. Только ее настроение было под стать пасмурному утру. Я вслух восхитился красотой своей невесты и предложил ей и ее подружке Ленке устроить фотосессию на смартфоны — очень уж атмосферно они выглядели. Сидящие за столом тут же начали восхищаться Лизой и Леной заодно и поддержали идею с фотосетом.
Сработало, после завтрака Лиза утопала позировать. И временно избавила меня от своего сверлящего свинцового взгляда, будто обвиняющего во всех ее несчастьях.
Я же остался в компании тех тетушек, которым нахваливал якобы сквашенную по их рецептам капусту, и помог убирать со стола. В связи с чем прослыл идеальным будущим мужем. А то!»
«После поездки на дачу прошла еще неделя, и тянуть с Дианой больше просто нельзя. Хорошо еще, что наши телефонные разговоры не отслеживаются. Я могу каждый день звонить ей и писать, поддерживая видимость того, что всё в порядке, что я не забыл о ней.
За эту неделю я пытался повлиять на Лизу через родителей. Воодушевился дачным успехом и решил поговорить с ними откровенно. Но ее отца просто не смог застать, он вечно занят работой или встречается с покупателями и заказчиками. А встреча с Беллой прошла бесполезно.
Такое ощущение, что ее мать тоже странноватая женщина. Мы встретились в кафе. И сначала она уводила разговор на посторонние темы. Потом в упор не понимала, о чем это я, пока слушала мои объяснения. В ее голове никак не укладывалось, что мы с Лизой не вместе. Что ребенок, возможно, мой, а возможно, что и не мой. В итоге, пришлось без обиняков выложить всё про Диану и про Лизины угрозы. Многое пришлось повторять, потому что Белла решила поиграть в громко обиженную и перебивающую меня дамочку.
Наконец, мне удалось поймать тишину и сказать про слежку за Дианой, которую Лиза организовала силами Алымова, а так же про угрозы. Услышав это, Белла рассмеялась мне в лицо, и ушла, «не желая слушать весь этот бред».