Дневник посла Додда полностью

Суббота, 6 марта. Вчера немецкая пресса была полна нападок и ругани в адрес мэра Нью-Йорка Лагардии за его замечание по поводу германского павильона на международной ярмарке, которая состоится в будущем году в Нью-Йорке. Этот павильон, в котором должен быть установлен бюст Гитлера в коричневой рубашке, Лагардия предложил назвать «камерой ужасов». Официальные органы «Фёлькишер беобахтер» и «Ангриф» в своих необузданных нападках обзывали Лагардию зловредным коммунистом, бандитом, сводником и, конечно, евреем. В газетах были нападки даже на американское правительство за то, что оно разрешило произнести такую речь. По-видимому, им неизвестно, что свобода слова – закон нашей страны.

Я по телеграфу послал обзор выступлений газет, но воздержался от протеста до получения соответствующих указаний. К великому огорчению Шахта, это происходит в тот момент, когда государственный секретарь Хэлл уполномочил посла Лютера известить Берлин, что он надеется в скором времени заключить с Германией договор о более благоприятных условиях торговли. Подобные вещи здесь происходят уже в третий раз и именно в тот момент, когда в Вашингтоне обсуждается вопрос о каких-либо переговорах. В 1934 году было опубликовано заявление Гитлера о том, что никто – и это касалось в первую очередь евреев – не может быть арестован без соответствующего юридического основания. 6 марта того же года Гитлер торжественно заявил мне, что любой немец, ведущий пропаганду в Соединенных Штатах, будет брошен в Северное море. Оба эти обещания были нарушены еще до моего возвращения в Германию 16 мая 1934 года: я еще плыл по Атлантическому океану, а Геббельс уже произнес громовую речь против евреев. 30 июня 1934 года по приказу Гитлера сотни его противников, а также множество сторонников были умерщвлены без суда или каких-либо свидетельств виновности. Мог ли в том году Хэлл требовать, чтобы сенат ратифицировал договор с Германией?

В июне 1935 года, когда в Нью-Йорке шли переговоры о предоставлении Германии банковского кредита для закупки хлопка на 35 миллионов долларов, Геринг резко выступил против католиков. Это вынудило банки немедленно отказать в займе, и покупка хлопка была сорвана. Через несколько дней последовало выступление Геббельса против евреев. Результатом вновь была неудача нацистов в области торговли.

4 марта Шахт просил меня довести до сведения моего правительства, что он был бы рад прибыть в Вашингтон для обсуждения торгового соглашения и что он надеется привезти с собой согласие Гитлера на международную конференцию по вопросу о мире. На следующий же день газеты подняли скандальную шумиху по адресу Лагардии, который пользуется в Соединенных Штатах большой популярностью. В итоге – новый промах!

Вторник, 9 марта. Сегодня утром ко мне пришли два священника из монастыря, построенного в Баварии на средства американских католиков. Немецкий районный лидер запретил им проповедовать или читать Библию в монастыре или в церкви. Они не знали, как поступить, поскольку жалованье они получали из Соединенных Штатов. В то же время священники боялись, что за ослушание их вышлют из Германии, и тогда монастырь, который обошелся американским жертвователям в 300 тысяч марок, будет конфискован нацистской партией.

Я мог лишь посоветовать им проявить осторожность, а также посетить нашего генерального консула Дженкинса, который, быть может, в силах чем-нибудь помочь им. Уже второй раз ко мне обращаются с подобными жалобами. Консул Дженкинс сообщил мне, что единственное, что он может сделать, – это довести факты до сведения начальника секретной полиции и убедить его в том, что подобные события нанесут ущерб интересам Германии. Однако иностранная собственность в Германии целиком под контролем нацистской партии.

Пятница, 12 марта. Макс Джордан, европейский представитель радиокомпании «Нэшнл бродкастинг», посетил меня и сообщил, что работники прессы и радио в Соединенных Штатах одобряют рузвельтовский план реорганизации судебной системы, вокруг которого сейчас идут такие горячие споры. Несмотря на контроль со стороны руководства редакций и давление со стороны большого бизнеса, журналисты и рабочие приветствуют план Рузвельта. Он сказал, что сенат, хоть и настроен резко против Рузвельта, все же проголосует за законопроект. Я надеюсь, что это так и будет. Если они провалят его план, то его второе президентство уподобится второму президентству Теодора Рузвельта – будут споры и безуспешные попытки реформ. Но поражение Франклина Рузвельта будет более тяжелым и опасным, поскольку на выборах в конгресс он трижды получал подавляющее большинство голосов – беспрецедентное со времен Джефферсона, который также потерпел поражение в своих основных мероприятиях, кроме предложения о приобретении Луизианы.