Желающих попинать меня прибежало еще семь человек, а им на встречу налетело также около человек десяти фанатов "Зенита". Ребята пили пиво на детской площадке, и один из них решил отойти посмотреть, что кто там зовет о помощи. Будучи жителем Санкт-Петербурга и болея за родной футбольный клуб, он не мог себе позволить оставить родственную душу (увидел мой шарф) погибать под ногами своих соперников. Он стрелой вернулся к своим со словами "Там "москали" нашего мочат!", и все сорвались меня спасать. Только вот их было всего шестеро, а не десяток, как я изначально предположил, но эффект неожиданности дал свой результат — двое, что пинали меня, тут же были обезврежены ударами в голову.
Ощущая соленый (какой знакомый!) вкус крови во рту из разбитой губы, я (толь из-за страха, толь сильный удар ногой по голове оглушил меня) все еще лежал, прикрывая голову, и мог лишь слышать звуки ударов голых рук одних футбольных фанатов по своим противникам. Скоро эти звуки перешли в сплошной звон в ушах. Я понял, что начинаю терять сознание — все же сильный удар пришелся ногой по моей голове.
Мысли вернулись на место после того, как меня аккуратно потрясли за лопатку со словами: "Эй, друг, ты живой? Вставай, а то ща менты приедут". Я послушался и встал. Перед глазами все плывет — цвета различаю, а образы не четкие. Сделал пару шагов, и больная нога подкосилась. Меня поддержали за руку.
— Не, друг, — слышал я, — так не пойдет. Сиди тут, а мы ща скорую вызовем.
— Не надо. Я нормально. Это лишь нога — больно упал на нее. Отойдет.
Меня отвели к скамейке у подъезда.
— Курить будешь? — Предложил уже другой голос. Передо мной возникла пачка сигарет.
— Не курю. — На костяжках руки, протянувшей мне сигареты, я увидел кровь.
— Точно нормально?
— Да. Спасибо вам, парни. Я уж начал с жизнь прощаться.
И тут я смог посмотреть на своих спасителей. Хоть они и одержали победу в этой драке, но им тоже не слабо досталось — у кого фингал, кто с разбитым носом, кто руки к губе прижимает, стараясь кровь остановить. Досталось им всем — ссадины, синяки, разбитые руки. Одному и бровь рассекли, а на другой стороне лица красный отпечаток ботинка.
— Простите, что вам так из-за меня… — Мне было реально стыдно, что им так не слабо надавали.
— Да что ты? Не бросать же своих на поле боя.
К моему удивлению, все были в хорошем положении духа и даже в настроении шутить. Они со смехом начали воспроизводить прошедшую драку.
— Парни, — сказал один, — я его на такси пойду посажу и вернусь.
Я встал — нога проходила, но все тело выше пояса ныло тупой болью.
— Как тебя зовут, дружище? — спросил парень, когда мы уже к дороге подошли.
— Ники.
— Костя. — Мы пожали друг другу руки. — Куда машину ловить?
— На Кронверкский.
— Прикольно тебе, почти в центре живешь. — Остановилась машина, но Костя не смог договориться с водителем. — Ники, запиши мой номер на всякий случай.
Случай позвонить выдался скоро. Отработав две смены, я переехал на съемную квартиру. За половину дня одиночества в четырех стенах я готов был помереть с тоски. Посмотрел кино, полазил в интернете — и чем еще заняться? Беговой дорожки в этой квартире нет, пойти на улицу бегать или даже просто погулять совсем не вариант — там дождь льет, не думая даже прекращаться. Я позвонил Косте и предложил ему отметить мое новоселье. Первое его удивление было, когда он услышал адрес — оказалось, что от его дома до меня ехать всего десять минут на автобусе. Второе его удивление было, когда он вошел ко мне с бутылкой рома, а кроме меня никого в квартире не обнаружил.
— Эй, дружище, я думал, у тебя тут вечеринка века. — Костя был удивлен и разочарован одновременно.
— А мне некого больше звать.
— В плане?
— Не просто так же ты бутылку принес. Пошли — выпьем, и я тебе расскажу историю.
Я рассказал Косте все на чистоту. Доверчивость к людям мне не свойственна, но почему-то казалось, что могу спокойно рассказать Косте обо всем, начиная с отношений с Юлей и заканчивая нашим с ним знакомством.
— И, Кость, пожалуйста, не говори никому, о чем сейчас рассказал тебе.
— Само собой. У меня цивилизованные друзья, но и среди них есть те, кто ненавидит твой город и всех там проживающих. Типа — «И так с жиру беситесь, а все равно вся страна вас кормит». Что-то вроде такого. — Мы опрокинули еще по рюмке, закусив апельсином. — Да уж. Обдумывать решения, как я понимаю, это не твой конек.
— Да, не мой.
— А вот наивность это твое. Подумать, что роза «Зенита» тебя спасет от гопников. Гопникам плевать за какой футбольный клуб ты болеешь. Им вообще плевать на футбол. Ничего бы не изменилось, если бы ты с голой шеей ходил.
— Изменилось. — Я «обновил» рюмки, и поднял свою. — Мы бы не познакомились. За тебя.
