– Хорошо. – Эндрю, зашел в мастерскую, а я тем временем ждал его за углом мастерской, откуда можно было следить за зданием наемников.
– Нашел! – тихонько и ликующе произнес Эндрю, выходя из мастерской с молотком и железным тонким прутом.
– Сначала ноги, если нас обнаружат, то ноги нам пригодятся.
– Согласен. – Эндрю вставил прут в кольцо моей части кандалов, которые были на ногах и осторожно выбил защелку из них, затем он сделал это и со своей стороны. – Наконец-то мы сможем отойти от друг друга. – Произнес он с улыбкой. Я на самом деле тоже этому был очень рад.
– Давай руки и помчали. – я подставил ему запястья, как только он сделал последний удар, я услышал за своей спиной голос. Мы замешкались и совсем позабыли о том, чтобы следить за дверью. Один из наемников вышел помочиться и в этот момент, он увидел, как двое беглецов пытаются освободиться.
– Это что за хрень? Парни! Тут эти двое пытаются сбежать! Скорее сю…– Бросившись на него, я свернул ему шею, когда он начал орать.
– Скорее, Эндрю, наш поезд отходит. – Эндрю не успел снять путы и с ограниченным движением мы побежали к кобыле. Эта дура испугалась крика и поскакала, куда глаза глядят.
– Лови ее, Рич!
– Я пытаюсь! – в этот момент остальные наемники выбежали на улицу и погнались за нами, периодически постреливая по нам из пистолетов, а кобыла все неслась вдаль. – Тварь! Ну и пошла ты! – мы уже были обнаружены. Я увидел, что рядом стоят скакуны наемников. Бросив гнаться за беглянкой, мы устремились именно к тем скакунам. Я стал отвязывать лошадь. Когда вроде было все кончено, я обернулся, так как Эндрю отстал и увидел страшное зрелище. Одновременно три человека проткнули его тело штыками и помчались за мной. Последнее, что я от него услышал – «Беги-и-и-и!».
– Ублюдки! – закричал я что есть сил. И взобравшись на лошадь, я поскакал, прочь от этого проклятого места. Мне сопутствовала удача, так как все были мертвецки пьяные, и погоня не продлилась долго. Даже когда стук копыт за моей спиной и взрывы пистолетных выстрелов совсем стихли, я не останавливал свою лошадь, а мчался, пока не загнал ее. Лошадь с диким ржанием упала на бок, а я чуть не сломал ногу в момент падения, но и это меня не остановило. Встав на ноги, я бежал изо всех сил прочь от рабства. Пробежав всю ночь, силы начали покидать меня и, под утро мне пришлось зарыться под скалу, где я проспал почти до вечера.
Меня разбудил шорох возле моего лица. Открыв глаза, я вскрикнул от ужаса, передо мной сидел черный лев. Он не стал на меня бросаться, а просто сидел и смотрел.
– Ты уже очень долго спишь, пора тебе идти, иначе твои неприятели тебя настигнут. – сказал он мне. Я протер руками свои глаза, не веря им, а он продолжил. – Держись востока. Масса вас специально вел неверной дорогой, чтобы на случай вашего побега или возвращения, ты не смог вернуться.
– Я это понял, после того как франк показал мне местонахождение прииска.
– Они уже тебя ищут, тебе скорее надо продолжить свой путь, я бы подбросил тебя, да только старый уже.
– Кто ты?
– Масса поведал тебе мою историю, точнее это не я, а один из людей, который был черным львом. Тебе сейчас не стоит об этом думать, просто вставай и иди.
– Даже если я приду в Габул, меня там схватят!
– Тебе нужно добраться до дока, там тебя будет ждать твой знакомый, он и заберет тебя.
– О ком ты?
– Человек, чей близкий друг женщина! Ступай. – он зарычал, да так что мне стало страшно и вдруг я открыл глаза и понял, что это был сон. Выбравшись из-под скалы, мои глаза увидели закат и темную фигуру в горах, а затем та фигура издала рык и скрылась за камнями.
Тут я посмотрел в сторону и увидел ту клячу, которая была с нами почти два года, признав во мне знакомого, она сама подошла и, взобравшись на нее, мы поскакали на восток.
Прятавшись среди камней, когда были слышны звуки приближающихся людей и, передвигаясь только ночью, я все-таки добрался до Габула. Было уже утро, и я стал ждать, когда будут открыты ворота.
Солнце поднималось, а ворота открывались, но как мне попасть незамеченным в город, задавал я себе вопрос, и как из него выбраться? Рядом с городом стояло несколько домов и на мое счастье, там висела белая простыня. Незаметно сорвав ее и стянув кусок бечевки, я облачался в нее и обвязался бечёвкой.
