Я написал «еще одна супружеская пара», но это вышло само собой, ведь мы с Кэтрин официально не женаты. Однако в последние два месяца и особенно в последние два-три недели – мы так много пережили вместе и так сблизились, что, в общем-то, стали настоящей семьей. В прошлом, если один из нас получал задание от Организации» мы старались изобрести повод, чтобы работать вместе. Теперь ничего не приходится изобретать, Интересно, что Организация, определившая для нас неестественные во многих отношениях условия жизни, установила более естественные отношения между полами, чем во внешней жизни. Хотя незамужние женщины теоретически «равны» с мужчинами и потому подчиняются дисциплине, на самом деле их жалеют и опекают куда больше, чем в «свободном» обществе. Взять, например, изнасилование, которое стало вездесущей чумой нашего времени. С начала 1970-х годов количество изнасилований увеличивалось на 20-25% в год до самого последнего года, когда Верховный суд постановил, что ни один суд не имеет конституционного права называть изнасилование преступлением, дабы не подчеркивать юридического разделения между полами. Изнасилования, говорят теперь судьи, могут преследоваться только как несексуальные нападения. Другими словами, изнасилование – это, скажем, когда пускают кровь из носа. В случаях с недоказуемыми физическими повреждениями теперь совершенно невозможно добиться наказания для обидчика, даже его ареста. В результате этого юридического казуса количество преступлений увеличилось немыслимым образом, и даже официальная статистика признала, что одна из двух американок раз в жизни может стать жертвой насильника. Во многих из наших больших городов положение намного хуже. Феминистки возмущенно встретили перемены. Совсем не это было у них на уме, когда двадцать лет назад они начинали агитацию за «равенство». Во всяком случае, силу набирает явное и тайное раздражение, а ведь у меня было подозрение, что их руководительницы, в основном Е, именно этого и добивались с самого начала.
С другой стороны, защитники гражданских прав черного населения изо всех сил восхваляли решение Верховного суда. Закон об изнасиловании, говорили они, «расистский» закон, потому что по нему было осуждено диспропорционально большое количество Не. А теперь банды Черных головорезов рыскают на автомобильных стоянках, пришкольных участках, по коридорам учреждений и многоквартирных домов, выискивая симпатичных и одиноких Белых девушек, в полной уверенности, что им не грозит возмездие ни от безоружных сограждан, ни от связанных по рукам и ногам полицейских. Групповое изнасилование в классных комнатах стало чем-то вроде особенно популярного нового спорта. Некоторым сверхлиберальным женщинам, возможно, это и доставляет мазохистское удовольствие как искупление якобы «расовой» вины. Однако нормальные Белые женщины изо дня в день живут, как в кошмарном сне.
Плохо то, что многие Белые юнцы не только не противостоят этой новой угрозе их расе, а сами делают то же самое. Белые насильники уже стали обычным явлением, а в последнее время появились и смешанные банды. Но и девушки не желают оставаться пассивными жертвами. Сексуальные оргии Белых молодых мужчин и женщин – даже детей доподросткового возраста достигли такого размаха, который нельзя себе было представить еще два-три года назад. Эксцентрики, фетишисты, смешанные пары, садисты и эксгибиционисты, подстрекаемые средствами массовой информации, демонстрируют свою извращенность на публике, и публика присоединяется к ним. Как раз на прошлой неделе, когда мы с Кэтрин отправились за деньгами для нашей ячейки, так как остались на мели с одной банкой супа, произошло нечто отвратительное. На обратном пути мы ждали на остановке автобуса, когда я вдруг решил заскочить за газетой в аптеку, расположенную буквально в нескольких футах. Меня не было буквально двадцать секунд, а когда я вернулся, грязный тип, вероятно Белый, но с «афропрической» модной среди юных дегенератов, непристойно обзывал Кэтрин, по-боксерски приплясывая и попрыгивая вокруг нее.
(Справка для читателя: «Афро» относится к расе Не или Аф, которая до своего неожиданного исчезновения во время Великой Революции оказывала все более очевидное и дегенеративное влияние на культуру и жизнь населения Северной Америки)
