Деньги ушли очень быстро и дело прогорело. При первой попавшейся возможности сын купил самое дешевое жилье – этот дом – лишь бы только родители от него отстали. А вскоре продал все свое имущество и вместе с семьей уехал за границу, кажется, в Польшу, в поисках лучшей жизни. Мужа бабы Нюры не стало вскоре после их отъезда – сердце не выдержало всех волнений и переживаний.
Очень часто, как только я переехала сюда, я видела дочь и внучку бабы Нюры с кучей пакетов – продуктами и вещами для нее, которая «обычно сама ходит в магазин, вот только ей чуть-чуть нездоровится, а так она все сама-ааа…». И нездоровится ей уже несколько лет подряд.
Пару месяцев назад вернулся сын бабы Нюры – приехал по какой-то новой работе и, за неимением другого жилья, стал жить у бабы Нюры. Вот она и излила мне сегодня душу при встрече.
- Приехал, по ночам сидит в компуктере своем – работает. Курит прямо в доме, дышать нечем. Спать не дает. Только рубашки ему стирай-гладь…
- А жена что же с ним не приехала? – из вежливости спросила я.
- Толку-то от нее? Она и никогда за ним особо не ухаживала – то училась на заочном десять лет, то работала непонятно где. Не до семьи ей. А я так надеялась, когда они только поженились, что она чуть постарше – значит мудрее, будет о моем сыночке заботиться… А он и с ней жить не может, и от нее не уходит. А, может, она приворот какой сделала? – глаза бабы Нюры вспыхнули неожиданной догадкой, - Может, посмотришь?
- Попробую посмотреть. Но обещать ничего не могу, - ответила я, кивая на свой живот. Беременность – странная штука – у меня перестали получаться даже самые простые магические действия или же давали непредвиденный результат.
Вечером я все же просмотрела ее сына, благо он как раз выходил из дома. Да, действительно приворот. Причем очень старый – под таким воздействием мало кто столько проживает. Поначалу мне захотелось его снять, но потом я задумалась – а как он будет жить дальше, если он даже не помнит, как жить без такого постоянного контроля. Как резкий обрыв всех привязок скажется на его ментальном здоровье? Надо было все тщательно обдумать.
На следующий день, не успела я выйти за ворота, ко мне тут же подбежала баба Нюра.
- Ну как там? – спрашивала она, прожигая меня своими почти черными глазами, - Нашла чего?
- Нашла, - неохотно ответила я, - Но это очень сложный случай, надо сначала все как-следует обдумать…
- Да чего там думать?! – вмиг рассвирепела баба Нюра, - Делов-то, снять – и пусть себе живет. Может нормальную женщину встретит.
Слегка шокированная ее внезапной вспышкой, я спешно попрощалась и побежала по своим делам. Но это было лишь началом. Баба Нюра начала меня просто преследовать – встречала «случайно» у ворот каждый раз, как только я куда-то выходила, звонила почти каждый день и каждый раз взывала к моей совести и просила снять приворот.
В какой-то момент ее доводы показались мне достаточно вескими, и я все-таки согласилась. Провела ритуал, но не рассчитала собственные силы – роды начались немного раньше положенного срока. Несмотря ни на что родилась здоровая девочка, которую назвали Полина и, погрузившись в новую для себя роль и сопутствующие хлопоты, я намного недель выпала из привычной жизни, не замечая ничего вокруг себя.
Тем больше было мое удивление, когда однажды вечером, глянув в окно, я увидела, как вещи бабы Нюры и ее саму грузят в старенькую отечественную машину, то вышла из дома узнать в чем дело.
Как оказалось, я пропустила очень много событий. Сразу после моего ритуала, сын бабы Нюры нашел себе другую женщину и переехал к ней, а вот его пока еще законная жена приехала вместе с детьми, как она выразилась «разбираться». И остановиться они решили в доме бабы Нюры, ушлый сынок которой при покупке оформил дом на себя.
Прямо с порога гости объявили себя здесь хозяевами и всячески напоминали бабе Нюре, что она должна быть благодарна, что ей позволили здесь столько времени жить. А потом и вовсе начали выгонять ее из дома. И вот, баба Нюра переезжает жить к своей дочери, жизнью которой она особо не интересовалась и никак в ней не участвовала. Мы попрощались и больше я ее не видела. По крайней мере живой. В какой-то момент мне стало совестно, что я поддалась уговорам бабы Нюры и сняла тот злосчастный приворот и она жила бы себе спокойно в этом доме.
Потянулись дни, наполненные заботой о ребенке, потом мой декрет закончился, и я потихоньку приступила к своим обязанностям, а потом и вернулась к своей полноценной магической деятельности. Лишь изредка я видела обитателей дома напротив, особо не понимая, кто сейчас там живет – то кто-нибудь из взрослых внуков бабы Нюры туда девушек приводит, то мальчик-старшеклассник выйдет, а то и вовсе женщина без возраста появляется. Она настолько худая и какая-то высохшая, что ей может быть хоть пятьдесят, хоть семьдесят.
Кто бы там ни жил постоянно, но докучали они всем соседям – то громкие скандалы, то музыка играет, то сожгли часть веранды, то ключи потеряли и выламывали дверь – и все это происходит преимущественно по ночам.
