Тепло он говорил о Заслонове (о нем писал Виленский) - беспартийном инженере, талантливом организаторе партизанской и диверсионной борьбы. Он погиб в стычке, посмертно ему присвоили звание Героя СС. Начальником штаба у него был Родионов. И вот, ЦК узнает, что Родионов был принят Гитлером, получил от него орден с мечами, возглавил русскую дивизию. Изменник! Так и считали. Как-то командир одной бригады сообщает, что Родионов прислал к нему посредников и собирается всей дивизией перейти к партизанам: - как быть? Собрали бюро ЦК. Уже было известно, что Родионов выдавал себя за немца Поволжья, и что, мол, его настоящая фамилия Гиль. Немцы так и писали Гиль-Родионов. Решили - принять. Родионов перешел к партизанам, отправил на "большую землю" в самолете связным своего начальника штаба - власовского генерала (между прочим, по всем данным власовцы сейчас уведены с советского фронта и брошены в Албанию и Югославию. Там за них спокойнее!). Переход был полнейшей неожиданностью для немцев. Они бросили туда четыре дивизии, но успеха не достигли. Как после выяснилось - Заслонов поручил Родионову эту роль. Сейчас Родионов отмечен орденами, и верный кандидат в Герои.
Немало говорили о работе в освобожденных областях. Население не уверено, что ему будет за работу при немцах. Линия - если работал просто, чтобы не умереть с голоду - ничего. Конечно, никаких кар и женщинам, жившим с немцами. Очень возрастает роль судебных органов, но они спят. Очень нужны справочники о законах - тут их все позабыли.
Сейчас немцы спешно создали Белорусское правительство - Белорусскую Раду. Во главе - Островский, привезенный белоэмигрант из Берлина. Пробовали создать национальные части - перешли к нам с оружием. Но с поляками отношения весьма жесткие. Об этом мы решили еще поговорить.
Два штриха, рассказанные Горбуновым. В одном селе учительница ничем себя не скомпрометировала, но когда немцы приезжали в село - переводила их речи и требования. Сейчас село освобождено, идут занятия. На уроке иностранного языка она спрашивает ученика: - Зачем надо знать язык? - Для того, чтобы переводить немцам! - ответил тот. Полные слезы.
Весной прошлого года Горбунов ездил на Калининский фронт. Остановились в одном селе ночевать. Хозяева - старуха и дочь. Самовар. Горбунов приглашает к столу, первой идет дочь. - Прочь, блядь! - кричит старуха. С немцами еблась, а за один стол с командирами сесть хочешь!
Вчера вечером сели играть пред-отъездную пульку: я, Хват, Киселев, Стор. Кончили в 4 утра. Я продул 150 руб. Сел на мизере, и вообще дико не шла карта. Последняя игра была замечательно интересной. У меня - 4 бубны, 4 пики и король черв с маленькой. Объявляю 6 бубен, ход мой. По первому ходу Стор бьет короля пик. Оказалось, у него 4 бубны, 4 трефы и две червы, у Хвата - 4 пики, 2 трефы, 4 черви. Мельница! Сел без двух. Великолепный расклад!
Левка сегодня уехал в Москву поездом. Остался я один в комнате. Непривычно, одиноко. Вечером был в бане, сейчас ложусь спать.
13 марта.
Погода шалит. Несколько дней было тепло и говорила весна. Вчера весь день и сегодня ночь шел снег. Сегодня - солнце. К вечеру тучи, ветер. Тьфу!
Вчера вечером инструктор 7-го отдела майор Владимир Борисович Розенфельд - очень интеллигентный и вдумчивый человек - делал международный обзор. Собрались работники 7-го отдела и два работника комсомольского, остальные, видимо, не интересуются или считают: свой докладывает, что ж тут может быть интересного?
А обзор был интересным. Розенфельд считает, что мы реально накануне открытия второго фронта. Все материально-технические предпосылки уже созданы, об этом же говорят и высказывания политических руководителей США и Англии. Подробно он анализировал внутриполитическое положение союзников, отметил усиление реакции в США, крупные атаки на Рузвельта, рост реакции в Южной Америке. По его словам, немцы сейчас делают основную ставку на разлад между союзниками и рост реакции в странах коалиции.
Отметил он и начало дипломатического наступления на нейтралов (Испанию, Португалию, Турцию).
Написал вчера два очерка в СИБ (о экипаже Смирнова, воющего с начала войны, и о Наташе Боде - "Цена кадра".) Сегодня написал еще очерк.
"Цена кадра".
- Бомба! - крикнула Наташа и повалилась на землю.
Зловещий свист нарастал. Тут уж некогда было искать ямку или канавку, и мы грохнулись там, где стояли, на дороге, втискиваясь телом в густую пыль. Раздался взрыв и над нами с визгом пронеслись осколки. Снова нарастающий вой. Новый взрыв. Еще, еще... Мы все плотнее и плотнее прижимались к земле и только одна скучная мысль сверлила голову: куда зацепит, легко или смертельно? Кругом все грохотало, рвалось, неистовствовало.
И вдруг стало тихо. Оглушенные, засыпанные землей, мы встали, отряхнулись. Небо было по-прежнему чистым, бездонным. Ласково грело веселое солнце и, если бы не горящие справа дома, - могло бы показаться, что все это нам причудилось.
- Дайте папиросу, - сказала Наташа. - Вы не ранены? Как жаль, что я перетрусила и не сняла разрывов. Эффектный был бы снимок.
