В редакции известие встретили по-разному. Поспелов поздравил действительно, видимо, от души, Ильичев - весьма кисло и с нескрываемой завистью. Орден, конечно, знатный. Из редакционных - он есть еще у генерала и Первомайского. Все-таки докапало: представили ведь еще в декабре прошлого года, за Киев.
Получать хочу в Москве. Попросил Полевого прислать выписку.
Сталинские премии за 1943 год все еще не опубликованы. Несколько раз мы готовились и зря. Рассказывают, что Сталин сказал о литературных произведениях, представленных на премию
- Надо, чтобы народ с ними ознакомился. А то едва выйдет книга, или напечатают ее в журнале - готово. А ее еще никто, кроме критиков и Союза писателей не читал.
Поэтому задержались и другие премии.
23-го октября умер Эзра Виленский.
Опять резали. Последний раз ему сказали: "Больше резать не можем, не хватит кишок для сращивания. Тут уже мы бессильны. Тут надо выходить за пределы современной хирургии - это может только Юдин."
Эзра колебался. Я видел его месяца два назад на "Динамо", он вырвался страшно худой, сидел с грелкой. Говорил с ним недели две назад - жаловался на зверские боли, спать мог только днем. Решил резаться. 21-го лег к Юдину, сделали операцию, прошла блестяще. 22-го в 4 часа дня стало плохо - сердце и истощенный организм не выдержали - в 7 ч. утра 23-го умер.
Утром 24-го привезли его в конферецзал "Известий". Я поехал с Яхлаковым, Кургановым, потом приехала Зина. Стоял в почетном карауле. Он почти не изменился, только отчаянно похудел. Лида убивалась страшно.
Была панихида. Выступал Ровинский, Кригер, Бачелис, я.
В 5 ч. сожгли.
Встретил там Слепнева.
- Что-то часто мы с тобой тут встречаемся.
- Да, - ответил он. - Надо бы его похоронить в стене авиаторов на Девичке. Там все наши, да и нам местечки забронировать.
Да, что-то снова пошел мор. Я подумал, как мало нас уцелело из полюсников, и грустно стало.
Продолжаем обсуждать с Кокки план полета в Будапешт. Он хочет посетить разом и Белград, и Софию, и Бухарест. Я не против. Сейчас он летит на пару дней в Куйбышев, а потом свободен.
Был вчера у Ильюшина. Говорили долго о послевоенной авиации. Он строит уже гражданскую машину на 28 человек, скорость 350 км/ч (крейсерская), высотная - герметичная. Затем садится за четырехмоторный бомбардировщик, думает выжать скорость. Жалеет, что с 1937 г. забросил истребитель, ТОГДА добился 500!
Вчера отметили мои именины. Были: Абрам (привезли его), Шурка, Давид, мама, Костя, ребятишки.
39 лет! На два года больше Пушкина, и что сделано?
30 октября.
Три дня заседал актив, вчера закончился. С докладом выступал Поспелов. Тщательно остерегался давать оценки людям. Прения были вялыми, неострыми.
В своем докладе Поспелов между прочим сказал, что публичные платные лекции, проводимые в Колонном зале Дома Союзов и создание Лекционного бюро при комитете по делам высшей школы - инициатива т. Сталина. Видимо, этим и объясняется, что во главе бюро стоит Вышинский.
Позавчера напечатали очень острую рецензию Ильичева о постановке "Ивана Грозного" в Малом театре. Постановка названа халтурной, безответственной. Говорят, что пьесу смотрел т. Стали и члены Политбюро. Между прочим, т. Сталин и выдвинул несколько лет назад идею показа Грозного - великого государственного деятеля. Я, помнится, со слов Курганова записывал об этом в дневнике. И сейчас, как передают, т. Сталин отозвался об этой постановке, как о халтуре.
В театре - бум. Художественный руководитель Судаков подал в отставку.
Звонил Ал. Лесс из "Вечерки". Рассказал любопытную историю с Мотей Козловым. Летом в Карском море немецкая субмарина потопила наш транспортный корабль. Дали SOS и сели в лодки. Мотя долго шарил - нашел. Шторм. Садиться нельзя. Восемь часов он висел над лодкой и, как только волна чуть успокоилась, сел. Принял на борт 50 человек. Оглянулся - перископ. Он газу. В него успели дважды выпалить. С волны, несмотря на барахливший мотор, поднялся и ушел. Допер до базы, сдал. Они не ели несколько дней.
Нач. ПУ ГУСМП Валериан Новиков улетел в Болгарию с праздничными подарками танковому полку "Советский полярник". Звал с ним, я не мог. Пилот - Ваня Черевичный.
Был на днях у Папанина. Позвонил ему в 12 ночи. Приезжай! Сидит, работает. А было постановление ЦК, запрещающее ему, ввиду состояния здоровья, работать после 7 ч. вечера.
- Ты что сидишь? Нарушаешь партийную дисциплину?
- Дел много.
Сказал мне, что представил мен як "Знаку почета", скоро подпишут, что считает меня своим ближайшим помощником. Ва!
Сегодня выпал первый снег. Дома - холодище.
11 ноября.
Прошли праздники. Как обычно, 7 и 8-го работали. 9-го был устроен вечер-банкет в редакции, на всех. Ни шатко, ни валко.
В Кремле не был. Доклад послушал по радио. Т. Сталин читал очень спокойно и очень уверенно.
5-го был оглашен указ о награждении за выслугу лет. Я дал передовую. Сегодня идет сообщение о вручении орденов за выслугу (Кр. Знамени). группе военных руководителей. Я как раз звонил гл. маршалу бронетанковых войск Як. Никол. Федоренко и поздравил между прочим.
