И во всенощной загадка на две свечи у Скорбящей - моя и Лялина - которая раньше догорит, ну и... моя была выше, потом Лялина выше, моя снизилась, потом сравнялась, потом Ляля понизилась. Становилось уже страшно, что загадал, что останусь я один гореть. Свечкам оставалось гореть всего по вершечку, вдруг протянулась старушечья рука, схватила обе свечи, опрокинув, погасила и бросила тут же на подсвечник. Отлегло от сердца: вместе умрем.
Понимание икон простым народом независимо от живописного качества. Тут обрядовая сущность православия: можешь так молиться, как они, так целовать икону, так кланяться, воображать - и ты православный. Нет - ищущий какой-нибудь.
Человек хочет сделать лучшее. Значит, он, двигаясь вперед, оставляет за собою худшее. И мы с тобой, мой друг, остаемся среди худшего и, оставаясь в нем, хотим оправдать его. Так образуются прогрессисты и консерваторы: то и другое естественно необходимо.
Весна в Москве и другие времена года, как один из планов «Жениха».
Осень: вороны у льда. Вороны сквозь лед видят рыбу: вороны-путешественники - с неосуществимой мечтой поймать золотую рыбку. Жизнь московских галок (массы, шум крыльев, перекличка: все ли, все ли?). Морозный
вечер, но солнце оставило свой запах, и та бледная первая зорька. Перекличка галок вечером: все ли?
Ездили с Чагиным в здравницу у Звенигорода. Поземка. Предательски свежий подвижной снежок на леденистой дороге. Машина вырвалась и покатилась юзом вниз. Окаянные люди, шоферы, стояли и глядели на нас. Вытащили машиной за 100 рублей. Их древняя ненависть к барам: советская пугачевщина.
Не одежда красит человека, а человек ее перекрашивает. Шоссе Энтузиастов, или, по-старому, Владимирка.
Ремизов жив и пишет воспоминания.
Блат. «Из тьмы лесов, из топи блат Вознесся пышно...».
Сковородка. Человек попал в рай, и ему там показалось скучно. Вдруг слышит музыку, пенье, ликованье. - Вот, - говорит райский житель, - мне бы так, где это? - А это, - отвечают ему, - в аду. -Значит, там хорошо, пустите же меня скорей в ад. - Пожалуйте, -сказали ему, и открыли двери, и выпустили, и райские двери закрылись для него навсегда. - Пожалуйте, - говорят, - на сковородку огненную. - Как же так: я слышал музыку, ликованье. - Ничего не значит, - сказали ему, - это у нас агитация и пропаганда.
Конечно, это еврейские анекдоты, и их очень много. И против этого всего легкоскептического юмора стоит прямо честный энтузиаст-администратор (в административном восторге) Поликарпов. Но он не устоит - его выпрут. И так рождается черносотенник, вроде тех шоферов, которые стояли возле нас, когда мы пробовали своими силами вытащить машину.
52
Вчера на дороге видел полярную пуночку, беленькую предвесеннюю птичку, и возле нее красных снегирей.
Делал маленькую книжку о собаках. Вечером после солнечного дня пил воздух, как вино.
Читал в Б[ританском] С[оюзнике] о новой книге Хаксли Юлиана, биолога, о генетике. Мысль его та, что человек в своем развитии удлинил период своего детства за счет плодовитости, а детство есть время развития, личного формирования. Эволюция человека стала возможной только потому, что многоплодие стало редким явлением (модифицирующий ген...).
Эволюционное развитие есть постепенное возрастание независимости от окружающих условий и степени воздействия на них. Тут же и расизм (замкнутая среда) разобран, как вредная для эволюции человека теория. Мелькает мысль о биологическом состоянии девственности и аскетизма, как рычагов прогресса. Достать книгу через Огнева.
не было ничего нового. Так, новая биология с новым дарвинизмом подходит к христианству, утверждая его. И старинный спор в наше время кончается.
Вместо «с Богом» теперь иногда в шутку говорят скороговоркой:
- «Ну, пошел, Бога нет».
Приготовить в «Смену» страницу образцового дневника. Идея будут та, что дневник должен писаться, но никак не о себе, как писал, например, бывший царь Николай II, вернее не о себе, а от себя, или из себя.
53
Образ Третьякова очень понятен: он выходит из особого аскетизма во имя рубля с трансформацией во имя культуры (так мой дядя Игнатов прочел подряд весь Энциклопедический словарь Брокгауза).
Я сказал: - Место, где творит человек во имя Божие, и есть храм.
