Интересное «совпадение»: утром Горький написал в «Новой жизни» статью о «Речи», кончил так: смотрите, вот она, контрреволюция! Вечерние газеты едва успевали это отметить – через несколько часов «Речь» была закрыта «за контрреволюционное направление».
Все мирно-тихо. Была Дмитриева лекция. Народу – битком. На улице прохладное солнце, полное спокойствие. Крестные ходы, говорят, были очень внушительны – и тоже покойны. Все, значит, на своих местах. И православие.
Обыкновеннейшее напряженное состояние. Некоторые утренние газеты еще закрыты («Новая жизнь», «День», «Дело народа»), вечерние – все. Какая случайно выскользнет – конфискуют. Заводы вяло волнуются. Хлеба нету и не обещают.
Продолжает организовываться Украйна Скоропадского. Кажется, пошли туда кое-какие кадеты. Я менее взволнованно смотрю на «поднимающую голову», знаменитую «германскую ориентацию», могу рассматривать это явление спокойно. И ничто в моих выводах не меняется, напротив – подчеркивается.
Поведение союзников, конечно, толкает нас тоже к этой «ориентации». Толкает, за общими массами, жаждущими порядка и «образа» в жизни, – и руководящие слои, которые стремятся к государственности и деятельности. Наши либералы-государственники, повертываясь от союзников к Германии, начинают естественно покрывать этот поворот – Россией: она, мол, должна жить – и сейчас; мы должны начать для нее работать – в условиях порядка и настоящей власти – сейчас. Эти условия может создать нам только Германия. Примем же эту необходимую помощь. Признаем Германию победительницей не только нашей, – но и Европы: ведь все равно Германия победит ее завтра. Зачем же мы будем бесполезно длить эту агонию? Покоримся, авось спасем, хоть что-нибудь…
И так далее.
Между тем положение не изменилось, и положение хрустально ясно:
Германии (активно-политической) нужна Россия: 1) разделенная, 2) откинутая на Восток, 3) не имеющая выхода к морю на юге и на западе, 4) умеренно просвещенная (с азиатской окраской), с твердым и консервативным правительством, беспощадным внутри, покорным Срединным Империям. И страна отнюдь не должна быть
Но именно эту картину. Наши русские государственные люди должны, обязаны понять, какую Россию они будут строить совместно с Германией. Идя к ней, данной, навстречу, идя сегодня, – они соглашаются работать для создания
Повторяю: надеяться, что Германия добровольно откажется от малейшего своего интереса – нельзя. И если только действительно политика правящей Германии в России такова (а факты не оставляют сомнений), – то и устройство России поведется ею, совместно с русскими работниками, именно в таком направлении, не в другом.
Закрыли «День», сегодня и «Дело народа» (за резолюцию московского съезда эсеров). Имеем, значит, только горьковскую «Новую жизнь» и, пока, «Голос» (листок).
Мы в бесповоротном мешке.
Хитра Германия! Но где момент? Ведь война длится… Ведь и в Германии – люди. А если она зарвется и не успеет уничтожить заразу?
Германцы даже ничего не скрывают: «…Пока мы можем делать то, что хотим, большевицкими руками…»
Эти цинические слова с полным бесстыдством повторяют сами большевики.
В Москве – ложная «политическая жизнь»: гремят витии… У нас, слава Богу, этих «словес» нет. Утомление, да и шатает всех от голода. Борис скрывается. Слышно, что он в серьезном контакте с союзными кругами. Да, его главная линия всегда верна.
В.Маклаков шлет русскому обществу из Парижа мольбы – воздержаться от германской ориентации, «потерпеть» еще 7 месяцев, и тогда, мол, придут японцы… Почему они придут и почему через 7 месяцев? А может быть, они и через 27 не придут? Верю, что из нас «остаток спасется», но все? Как же все, другие? Терпеть неопределенно? Да они уж и теперь не знают, какую пятку немцу лизнуть, чтобы он соизволил принять их в непосредственное подданство. И как винить нас, несчастных, почти «додушенных»?
Неистовое положение.
