От неожиданности отец чуть не вытер лицо блином, а я едва не опрокинула чашку. Теперь даже в школе будет постоянный родительский контроль.
– Уважаемые слушатели! Ой! Срочное объявление! – испуганно завопил диктор, в студии происходила возня, – Алексей, убери его! Ай! Убери, пока не порезался! Итак, объявление! Эй, полегче! – послышался шорох бумаги, далее ведущий стал читать по слогам, – тому, у кого сейчас какое-то кольцо… Ай! Нэльвирское кольцо с бирюзовым камнем! Убери нож – невозможно читать!
– Отнеси кольцо в Виллу бабочек и останешься жив! – раздался резкий, как скрип несмазанной телеги, голос, – даю тебе время до полудня. Я знаю, кто ты и где ты.
Старый магнитофон, громко шипя, смолк, все удрученно молчали. Лекс знает о моем кольце? Чей это был голос? Что им надо? Я взглянула на часы: двадцать минут двенадцатого. Достаточно времени, чтобы спрятать это злополучное кольцо.
– И чего только не придумают эти ведущие, лишь бы поднять рейтинг своих передач, – возмутился Макс, родители понимающе покачали головами, – подзатыльники и угрозы в эфире.
Он встал и вежливо поблагодарил маму за угощение, я сидела с набитым ртом.
– Разрешите сопроводить вашу дочь на школьный двор! – обратился он к отцу.
– Да хоть к алтарю, Колтин! – засмеялся тот.
Очевидно, пробы на будущего зятя были успешно пройдены. Честно, я была не против такого поворота событий. И даже мысленно представила себя в роли Александры… Стоп! Какая у него фамилия?
– Максим, заходите к нам чаще, – произнесла мама таким тоном, будто к нам вообще не ходят приличные люди.
– Алисанта! Ты ничего не забыла? – спросил Тимка, требовательно протягивая раскрытую ладонь, – мне нужен весипед!
Я послушно достала деньги из сумки, отдала отцу и засеменила за Максом, разглядывая свое исковерканное отражение в блестящей спине его серебряного хамелеона.
– Что происходит? – спросила я шепотом, едва мы закрыли за собой кухонную дверь, – откуда Лекс узнал про мое кольцо? Я никому не говорила!
– О! Поверь мне, тот, кто сказал Лексу про кольцо, знает о нем уже несколько сотен лет. Не паникуй, я всегда рядом, – ответил Макс, не сбавляя шага, – какие у нас планы на сегодня?
– Спасибо! Купить Нику ботинки, – машинально ответила я, хватая его за рукав, – а ну-ка стой! Как твоя фамилия? Зачем ты представился Колтиным?
– Легко догадаться: я – Александрин! И ты сама просила меня соврать что-нибудь про Ника, дабы не было лишних разговоров. Теперь твои родители ничего не спросят: они уверены, что знают о Колтине все!
Не успели мы сойти со ступеней веранды, как прямо мое плечо что-то больно ударило, отскочив в сторону Макса, который тут же это поймал.
– Что это за ерунда? – сердито спросила я, готовясь к боевым действиям, – кто в меня швыряется? Лелик?
– Это жукогол! – свободной рукой Макс потащил меня обратно под козырек, где разжал ладонь. На ней лежал маленький белый абсолютно круглый камешек с выцарапанным римской цифрой «V», – каждый из народов Магиверии на чем-то помешан. Эльфы – на танцах и пении, орки – на сражениях, гоблины – на хитростях, а дэльвиры – на спорте.
Я огляделась вокруг и громко ахнула: вся крона старого каштана, весь покосившийся деревянный забор, ближайшие столбы с провисшими проводами, вся старенькая крыша нашего дома были усеяны птицами, точнее дэльвирами. Большие и маленькие, старые и молодые, пестрые и еще пестрее, они неподвижно сидели, не сводя напряженных круглых глаз со шнырявших в небе птиц. Над нашими головами со звонким криком кружились черные стрижи и белогрудые ласточки. Они, как угорелые, носились в воздухе за чем-то блестящим, пикируя, переворачиваясь и врезаясь друг в друга.
– О, ужас! Опять они! – выдохнула я, голова кружилась от пестроты, мигом вспомнилась вчерашняя ночь, – это никогда не кончится!
– Отдай мне свое кольцо, и ты перестанешь на них обращать внимания. – Макс требовательно протянул раскрытую ладонь, каким-то образом вопли птиц разом стихли, – подари его мне. Освободи меня. И мы больше никогда-никогда не встретимся.
– Ишь чего захотел! – буркнула я, мои уши покраснели, – нет уж! Это кольцо дал мне Никитка, а от тебя пока вообще не поступало подарков. Я сама решу, когда ты будешь свободен. Кто-то там, кажется, собирался со мной прогуляться к алтарю?
Макс удрученно молчал, передумав забирать кольцо. Я поняла, что переборщила, успокаивая себя тем, что он первый заговорил про свободу.
Погода над домом Мёд-Ведеркиных по-прежнему оставалась солнечной, над Столбиными ливень кончился, но все еще висели угрюмые тучи. Слишком «правильные» соседи содержали в строжайшем порядке все, кроме погодных условий. Газон подстрижен, дорожка выровнена, забор покрашен, сын накормлен и мопс помыт. Характерной чертой истинных Столбиных являлась невероятная практичность: на все случаи жизни был готов запасной вариант, а иногда и два. Пара тропинок к дому, две калитки в заборе и несколько почтовых скворечников. Традиционная надпись на входе:
