Дневники Энди Уорхола полностью

Позвонил Виктор, сказал, что у него нашли каких-то паразитов. Он сейчас у Эльзы Перетти, она только что вернулась в Нью-Йорк, и он ходит к доктору Брауну, специалисту по мужским болезням.

Воскресенье, 9 июля 1978 года

Звонил Трумен, сказал, что без меня ему скучно, пригласил на ужин. Как раз в этот день его фотография была на обложке приложения к «Нью-Йорк таймс». Как он сказал, у него оборвали телефон, все ему без конца названивают, но я не знаю, верить ли этому. В семь часов я отправился на площадь ООН, взяв с собой восемь магнитофонных кассет и фотокамеру (такси 2 доллара). Поговорил некоторое время с Бобом Макбрайдом, а потом Трумен позвонил Джеку Данфи, специально чтобы я мог записать этот разговор на пленку. Джек был его бойфрендом тридцать лет. Он, однако, еще не видел эту статью в «Нью-Йорк таймс», поэтому никак не смог ее прокомментировать. Еще Трумен сказал мне, что ему позвонил Джеральд Кларк, этот парень уже лет пять пишет о нем книгу, и Кларк хотел знать, почему девица, что написала статью, получила разрешение пообщаться с Джеком Данфи, тогда как ему в этом было отказано, и Трумен ему сказал, что все получилось случайно: она встретила его на пляже, совершенно неожиданно. Как сказал Трумен, Кларк сам ему позвонил, но я-то думаю, что в действительности это Трумен звонил Кларку. Как бы то ни было, если уж Кларк смог до него дозвониться, значит линия вовсе не была настолько занята, как Трумен это изобразил, – в общем, так или иначе, Трумен соврал.

Потом мы пошли в ресторан «Антолотти» и заказали пиццу. Там подавали водку с грейпфрутовым соком, и от этого действительно толстеешь, я уже заметил. Я начал пьянеть. Потом отвел Трумена домой, причем он вис на мне. Но еще противнее смотреть, как он виснет на Бобе Макбрайде, когда тот ведет его домой, – вот это полная жуть! Но когда его веду я и он виснет на мне, это тоже противно. Он, к тому же, качался из стороны в сторону, и он такой сильный, что чуть было меня не опрокинул. Потом я уехал домой (такси 3 доллара). Сегодня за весь вечер записал три пленки с обеих сторон.

Понедельник, 10 июля 1978 года

Доехали с Винсентом на такси до 44-й улицы и Шестой авеню (3 доллара) в студию «Сайэр рекордз», чтобы записать рекламу для Talking Heads. Мне пришлось повторить одно и то же раз двадцать. Когда все закончилось, я сказал Винсенту, что никогда не смогу быть актером – у меня нет никаких данных, я косноязычный и со мной всегда происходит что-то странное. А нужно было всего-то сказать такую фразу: «Скажите им, что вас прислал Уорхол», только каждый раз получалось так, будто я читал ее по бумажке. Виктор позвонил с известием, что ему придется целый месяц провести в инвалидном кресле. Он ходил ко всем этим врачам, но нога у него только больше распухала, пока он не обратился к восьмидесятилетнему врачу из Южной Америки, – тот что-то ему вколол, и теперь Виктор заказывает перевозку, чтобы она его доставила в «Студию 54», на вечеринку в честь Элтона Джона.

Вторник, 11 июля 1978 года

Виктор ждал меня в офисе, он был в инвалидном кресле и вел себя крайне странно.

С ним вместе был его приятель, его звали Андреас, это богатый молодой человек из Южной Америки, который говорил ему то же, что и я, – что ему нужно побыть дома и перестать носиться по городу. Нужно ведь ногу держать повыше, нельзя давать крови циркулировать по всему телу.

Пятница, 14 июля 1978 года

Ходил к Доку Ко к с у, показал ему таблетки, которые Джей Джонсон привез мне из Японии. Их там продают в аптеках и принимают, чтобы печень лучше переваривала пищу. Он взглянул на упаковку, ничего не смог прочитать (там ведь по-японски) и сказал мне: «Можешь, пожалуй, попринимать». Заехал за Бобом, чтобы отправиться дальше на встречу с Труменом и Бобом Макбрайдом в «Ла пти мармит» (такси 3,50 доллара).

Трумен принес воскресный номер «Таймс», он выйдет на этой неделе, там вторая часть статьи о нем, но на этот раз она не попала на обложку – он говорил, что попадет, но, оказывается, это не так. Я попросил его подписать ее и подарить мне. Он сказал, что собирается устроить вечеринку для 540 своих лучших друзей, она будет в лофте, и все женщины там будут носить вуаль. Трумен заплатил за ресторан.