Дневники Энди Уорхола полностью

Отправился в «Хартбрейк», это новая дискотека рядом с Вандам-стрит, около танцевального зала «Пэрэдайз». Днем это кафе-столовая, а вечерами она превращается в диско-клуб, и музыка там пятидесятых годов, но есть и шестидесятых, и все одеваются как угодно и танцуют как заблагорассудится. Если сделать фильм на этом материале, он получится таким непритязательным. Все молодые люди в «Хартбрейке» подходили ко мне и говорили, что я обещал им, еще когда мы встречались в «Студии 54», посмотреть их работы, и я мог им лишь сказать: «Ну хорошо, так когда придете?», так что, по-моему, даже привратник в «Хартбрейке» собирается принести мне свои работы.

Воскресенье, 27 июня 1982 года

Поехал на такси до 45-й улицы и Бродвея (6 долларов), чтобы посмотреть «Бегущий по лезвию» (билеты 10 долларов) в кинотеатре «Крайтирион». Фильм мрачный. И я так и не понял, он совсем абстрактный или простой, прямолинейный. В нем есть сюжет. Похоже на то, как Дик Пауэлл играет Филипа Марлоу[1073]. Если бы я видел только сценарий, я бы не знал, что и думать. Они говорят все эти реплики всерьез, все сделано так, как если бы это были реальные проблемы. Похоже на пьесы Ронни Тейвела в шестидесятые годы[1074] – или того же Чарлза Ладлэма. Отвез Джона (такси 8 долларов). Смотрел кабельный канал до половины второго ночи.

Вторник, 29 июня 1982 года

Работал всю вторую половину дня.

Пошел на это мероприятие в «Плаза», устроенное для рекламы шоколада Билла Бласса, и там один человек сказал мне, что моя невестка, Энн, и его мать дружат и что они обе – религиозные фанатички. Поначалу я притворился, что у меня нет никакой невестки, потому что я ее терпеть не могу. Но потом я ему рассказал про своего племянника Пола, который отказался от священства, а он рассказал мне про свою сестру, которая ушла из монастыря и теперь трахается с чернокожими. Я съел клубнику в шоколаде. Ушел оттуда в депрессивном состоянии после того, как уровень сахара в крови упал.

Среда, 30 июня 1982 года

Джеральдин Смит приходила с Лиз Дерринджер, которая взяла у меня интервью для газеты в Саутгэмптоне. Гари Лажески устраивает выставку моих гравюр или чего-то такого, и это все непонятно где, а мне даже никто ничего не сообщил, причем вернисаж через пару недель, и Фред думает, что мне стоит там появиться, потому что, как он считает, в таком случае люди меня запомнят и потом купят мои произведения.

Решил не ходить на прощальную вечеринку Лины Хорн, а лучше отправиться на третье ежегодное празднование дня рождения Роя Кона у него дома в Гринвиче. Стив Рубелл не стал садиться за руль своей машины, потому что слишком много выпил, так что вел машину Иэн, а ехали туда я, Стив, Иэн и Боб. Боб такой кислый, он со мной больше не разговаривает. Я не надел галстук. На мне была футболка с изображением журнала Interview, и он разозлился на меня из-за этого. Не понимаю, что с ним такое, что ему не нравится. Дом Роя прямо почти в центре Гринвича. Дом на самом деле маленький. А когда идешь на все эти сборища у Роя Кона, все всегда говорят: «Это так забавно, это так интересно, потому что никогда не понятно, кто там у него может объявиться». Говорят, кто угодно – от членов мафии до обычного сапожника. И это правда, потому что ко мне, например, подошел один парень и сказал: «Я автомеханик, работаю в гараже, уже несколько лет чиню вашу машину. Всегда хотел с вами познакомиться». Там была Си-Зи Ге с т, она посадила розы около дома Роя, вместе с ней приехала Корнелия. Я поступил глупо. Наверное, на меня сейчас быстрее действует вино. Этот парень по имени Коммаль, чья жена приходится сестрой Фредди Вулворту, рассказывал мне анекдот и по ходу дела разорвал на две части купюру в один доллар. То г д а я вынул сто долларов из кармана, разорвал эту банкноту на две части и отдал одну половину миссис Бэссирио, а вторую – Дорис Лилли[1075] и сказал им, что им теперь надо навсегда стать подругами, потому что у них две половины одной банкноты. Еда была очень хорошая, но гости вели себя совершенно как животные, пытаясь отхватить себе побольше. Все говорят, что у Роя семь любовников, по одному на каждый день недели. Он делал подтяжку кожи на лице и попал, наверное, в руки к какому-то мяснику, потому что у него после последней операции видны кровавые рубцы на лице, они очень уж заметны.

Вторник, 6 июля 1982 года