Берт Рейнолдс был в программе «Леттерман», и это было очень смешно, он выставлял себя таким натуралом, копировал Кларка Гейбла, а потом вдруг сказал, что приехал в Нью-Йорк вместе с Джорджем Махарисом[1316]! И вот теперь я страшно удивлен тому, что не был с ним знаком в пятидесятые годы в Нью-Йорке.
Среда, 12 декабря 1984 года
Был у доктора Бернсона, и кого же я увидел у него в приемной? – исполнителя главной роли в моем фильме «Минет». Я так и не узнал, как его звали. Он тоже ходит к Бернсону.
Пятница, 14 декабря 1984 года
А Фред уехал в Европу. Мы с Фредом по-прежнему не ладим, и я все еще не могу понять, что ему нужно. Можно, конечно, подумать, что ему на самом деле хочется стать архитектором, потому что он хорошо относится к кредиту только в одном случае – если это на архитектурное сооружение. Я помню, как однажды, несколько лет назад, когда я хотел, чтобы Фред взялся поставить пьесу, которую написала Джеки Кертис, он совершенно взбеленился – буквально сошел с ума, кричал: «Нет-нет-нет-нет!» А архитектурой он хочет заниматься.
Суббота, 15 декабря 1984 года
Встал рано, пришлось пойти на работу. Вызвал Джея и Руперта. В будние дни на новом месте невозможно работать, без конца кто-то приходит и начинает на меня пялиться.
Купил на улице три куклы «Кэббидж Пэтч»[1317], причем вместе со свидетельствами о рождении. Один мальчик и две девочики (3 × 80 долларов = 240 долларов). Продавец даже хотел завернуть их в бумагу, чтобы из-за них ко мне никто не пристал на улице. Еще купил книги для работы (180 долларов).
Воскресенье, 16 декабря 1984 года
Позвонил Кенни Шарф, сказал, что собирается заехать за мной и что с ним в машине будет Шон Леннон. Ну, я сказал, что через час, но не смог вовремя собраться, и когда услышал какую-то возню снаружи, на улице, понял, что они уже там, но побоялся выйти.
А тут еще зазвонил телефон, это был Жан-Мишель из Швеции, и когда он услышал, что ко мне приехали эти ребята, он начал сходить с ума, потому что ни разу не был у меня дома. Ну, я просто не люблю ничего заранее запланированного. Если бы он просто взял да нагрянул ко мне, это было бы нормально. Наконец я вышел на улицу, взяв с собой фотоаппарат, и Шон тут же схватил его и принялся фотографировать меня, причем он сказал, что подождет, пока мне надоест улыбаться, и только тогда сделает кадр. Этот подход он перенял у Йоко. А еще он прочел мне целую лекцию про то, что сам никогда не знает, как себя вести, когда вокруг полно фотографов: надо ли улыбаться, что-то изображать или же застыть. Он такой умница.
Ну, мы поехали на Вест-Сайд, потому что собирались захватить с собой детей Мии Фэрроу, которые живут напротив «Дакоты», Шон играет с ними, но они в результате не поехали с нами. А Йоко поехала, и все вокруг нас пропускали – это было здорово, ведь ехали такие знаменитости. Мы еще заехали за Джоном. Мы думали, куда бы поехать на ланч, и я сказал, что в «Одеон», Йоко согласилась, и я было решил, что она там часто бывает, но она сказала, что вообще ни разу не была, что она на самом деле мало где бывает. Мы еще заехали за ее, наверное, бойфрендом, хотя я так и не понял, он ей бойфренд или кто? Зовут его Сэм Хавадтой.
Понимаешь, если вдруг что-нибудь случится с Шоном, ее это, по-моему, просто прикончит. Бесповоротно. Я ей говорил, каким замечательным хозяином Шон был на своем дне рождения, и она ответила, что когда для него впервые устроили праздник, он спрятался под диваном. Йоко хотела заплатить за ланч, однако я опередил ее (ланч 200 долларов). Ее бойфренд был очень обходителен. Картины Кенни раскупают с бешеной скоростью. С Кенни приехали еще жена с сыном, и они, оказывается, только что купили дом на Саффолк-стрит, это далеко в даунтауне, там, где когда-то жил Рэй Джонсон. В районе Орчард-стрит, вон где. Ну, он теперь настоящий мужик. Глава семьи, кормилец. Отвез Джона (8 долларов). Потом остался дома.
Вторник, 18 декабря 1984 года
Я пошел в офис, зашел со стороны помещений
Пейдж расходится со своим бойфрендом, которому всего-то семнадцать лет. Она уезжает на Гаити.
