В такие моменты я осязаемо чувствую философию жизни. Быть убедительным, наблюдать, анализировать — это внешнее; внутреннее — фиксировать и творить. Абсолютно необходимо соблюдать равновесие, то есть — никогда не уходить в себя полностью, всегда сохранять намерение созидать красоту для других, каким бы малым ни был твой вклад. Теоретически я хотел бы быть сущностью, испытывающей постоянные воздействия, которые ее формируют, не меняя, однако, главного устремления — творить красоту. Не стану притворяться и утверждать, что это естественная позиция; она ведет к подавлению чувств, опасному дозированию потребности выражать себя, к повышенной рефлексии. Есть и преимущества: 1) формирующее окружение (хотя какой-то доли объективности и самокритики следует достичь); 2) окончательный результат — внешнее признание, слава благодаря воплощенной красоте. Творение — выход, отдушина, а не только конечная цель. Самое главное — постоянная забота о совершенствовании мастерства, вера в себя и ревностное служение до конца.
Думаю, для меня это кратчайший путь к самореализации, принимая во внимание — а таково мое мнение сейчас, — что все относительно и красота не вечна. В бессмертной славе я не вижу особого прока и все же верю, что человек против всех законов логики творит добро, создавая прекрасное произведение, — пусть оно и не вечно. (Не забывая о пространственно-временном законе: ничто из существующего не может исчезнуть.) Надо
Мы поговорили также о взаимоотношениях детей и родителей.
Трудности возникают, когда наступает прозрение. Родите-ли — другие, они самостоятельные люди, не лишены недостатков и часто оказываются не на высоте. Нужно сохранять прочную связь, основанную на уважении (Э)[18], однако о каком уважении может идти речь, когда «истина» (пусть на самом деле и фальшивая) кажется такой очевидной. Если родители кажутся недостойным
Затянувшийся период недовольства собой, теряю веру. Нет сомнений: некоторые замыслы, особенно пьес, хороши, но мешает невозможность надолго сосредоточиться и еще сомнения — хорошо ли я владею техникой, способен ли довести дело до конца. Более того, понятно, что по меньшей мере в течение года никаких перемен не будет. А временами сознательное уединение достигается с таким напряжением, что отнимает всякую уверенность в своих силах.
Постоянный уровень самооценки и периодические поползновения писать, но этим позывам суждено погибнуть, потому что нет времени направлять вдохновение в определенное русло. Чувство потери.
Д.У.[19] Опрятен, безупречный вкус, из состоятельной семьи. Ничем особенным не выделяется, разве что проблесками остроумия, общительный. С ним легко иметь дело. Щеголем его не назовешь. В манерах есть нечто французское, он не типичный англичанин (несколько лет провел во Франции).
Г.X. Служил в английских военно-воздушных силах, числится пилотом запаса. Хладнокровный, бестактный, бывает непреднамеренно груб — из-за самоуверенности. Умен, но лишен воображения. Его эгоизм, хоть и не очень бросается в глаза, все же заметен — частично из-за того, что он его просто не осознает. Не столько неприятен, сколько раздражает. Самоуверенность не чрезмерна, но она есть. Чувствительные люди не бывают самоуверенными. Окружающие его любят.
Р.Ф. Религиозный, глуповатый, недотепистый. Хочет быть школьным учителем. Много занимается, не позволяет себе расслабиться. Носит в лацкане пиджака значок бойскаута. Плохое французское произношение, много глупых фраз. Его наивность иногда доводит до бешенства. Всегда готов помочь, на него можно положиться. Увлекается фотографией. Чувство прекрасного отсутствует. Маловпечатлительный.
П.У. Наиболее интересный характер. Бывший военнопленный, отличное положение в Оксфорде. Президент Французского общества и Драматического общества Оксфордского университета, редактор «Isis». Тихий, молчаливый, невысокого роста, круглолицый, всегда носит темные очки. Его прошлое и молчаливость наводят на мысль, что в нем есть потаенные глубины, но их может и не быть. Его не назовешь суровым или нетерпимым, он исключительно тактичен, никогда не бывает невежливым, резким или грубым. Хорошее чувство юмора, взвешенные суждения, удачные реплики. К нему прислушиваются. Сегодня он впервые за время нашего знакомства чуть приоткрылся в разговоре, признавшись, что робеет в дискуссиях.
