Вообще, дом в котором мне предстояло поселиться оказался очень красивым, но вместе с тем довольно практичным и функциональным. Первый этаж состоял из одной огромной комнаты, разделённой на зоны различными колонами, арками, оттенками стен, и всякими сквозными шкафчиками и полочками. Так, прихожая здесь плавно перетекала в гостиную, с огромным камином и кучей картин. В свою очередь, гостиная плавно переходила в библиотеку с огромными полками почти под самый потолок, а с другой стороны причудливо сливалась со столовой, которая переходила в кухню. Посередине всего этого великолепия была широкая полукруглая лестница, отделанная мрамором и покрытая тёмно-зелёным ковром. Её перила представляли собой металлические круглые прутики, соединённые между собой гладкими деревянными поручнями. Казалось, что весь первый этаж буквально пронизан светом, так как окон здесь насчитывалось великое множество, да и расположение подсветки оказалось очень хорошо продуманно.
На втором этаже был небольшой зал, по форме напоминающий шестигранник, на каждой грани которого была дверь. По центру этой странной комнаты располагалась узенькая металлическая винтовая лестница, которая вела в мансарду, а по бокам от неё, стояли два полукруглых дивана и несколько стеклянных столиков. За каждой дверью, которые, кстати говоря, были абсолютно одинаковыми, располагались спальни, в общем количестве, пять штук. Фэй предоставила мне выбирать из трёх свободных, и я остановилась на большой комнате, оформленной в зеленовато-белых тонах, с минимумом мебели и выходом на широкий балкон. Хозяйка дома сообщила, что раньше эта комната использовалась исключительно для гостей, так как была совершенно обычной, но мне она понравилась куда больше обставленных шикарной мебелью и обвешанных картинами других двух спален. Казалось, что она, как и моя жизнь, чиста и светла, и мне только предстоит нанести на неё первые рисунки. В общем, Фэй разрешила делать с комнатой всё что угодно, и больная фантазия сразу же начала представлять, что именно в ней необходимо поменять.
Да, дом был шикарным, интересным, ярким, но... очень грязным. Так как кроме двух сестёр, которые всю свою жизнь проводили в разъездах, здесь никто не жил, следовательно, и следить за порядком было не кому. Так что пыль здесь была буквально повсюду. Повезло исключительно мебели в спальнях, дивану в гостиной и полкам в библиотеке, так как Фэй перед прошлым отъездом всё же удосужилась накрыть их тканью. А вот всё остальное нам только предстояло привести в порядок. И, чувствую, на это у нас уйдёт не один день. Кое-что, конечно, мы сделали ещё накануне. Фей довольно быстро выдраила кухню, а я несколько часов провозилась с покрытыми пылью, словно снегом, полами и лестницей. Но, теперь можно было хотя бы как-то тут жить. Да и дышать стало намного легче.
Запах затхлости моей подруге удалось разогнать всего какими-то двумя движениями рукой. Но, к нашему общему сожалению, с пылью у неё подобные фокусы не прокатывали. В общем, спать мы легли далеко за полночь, но проснувшись этим утром, я чувствовала себя удивительно выспавшейся и отдохнувшей. Правда, судя по тому, как высоко находилось солнце, утро давно прошло и время сейчас приближалось к полудню.
Соскользнув с кровати, я отправилась в ванную, которая в каждой комнате была собственная, и быстро умывшись, натянула любезно предоставленные Фэй джинсы и футболку и подошла к огромному, во весь мой рост, зеркалу.
Странно... Когда я впервые увидела Афелию, она показалась мне худощавой, но позже оказалось, что её вещи на мне висят. Наверно так отразилось на моём организме долгое нахождение без сознания, а может ещё что... не знаю, но мне всё таки упорно казалось, что раньше я выглядела по другому.
А сейчас из зеркала на меня взирало нечто, больше похожее на привидение. Хотя нет, это сразу после выписки я больше напоминала тень, а сейчас стала выглядеть уже не так плачевно. Худоба, конечно, не ушла, но руки и ноги теперь стали больше похожими на человеческие, нежели на конечности школьного макета костей человека, именуемое многими учениками "Скелет Вася". Лицо тоже стало немного круглее, чем было. Теперь щёки больше не казались такими впалыми, а синяки под глазами почти исчезли. В общем, сейчас я выглядела уже вполне сносно и почти перестала пугаться собственного отражения. Даже цвет лица превратился теперь из серовато-белого в нормальный здоровый, а на щеках уже иногда стал появляться румянец.
Фэй сказала, что когда меня привезли в больницу, у меня были достаточно длинные волосы, но из-за того, что на затылке имелась довольно неприятная травма, врачам пришлось сбрить всю растительность вокруг неё. А остальную копну добрые медсёстры просто собрали в пучок и срезали ножницами. Так что теперь моя причёска представляла собой довольно короткое подобие каре. И притом, что волосы у меня активно вились, самая длинная прядь едва доставала до подбородка.
