Дневники обреченных полностью

— Нисколько не ощутив страданий и прижизненных мытарств, подобных человеческим с их постоянными падениями в состоянии греха и вырываниями себя из него, нам Ангелам несравненно проще. Избавившись от возможности грешить, мы испытываем восторг и радость, находясь в полном подчинении Богу, но не столько из-за необходимости подчиняться, боязни не подчиниться, наказания, или чего другого предполагаемого человеком, а необходимости это делать по бесконечной своей любви и личном желании быть Божиими. Людям же нет дороги к полному совершенству при временной жизни, но только в такой борьбе может закалиться их дух, со временем возымеющий непобедимую сущность, только так потомки Адама смогут вернуться в его первичное состояние, пройдя мир искушений в теле, затем мир духов в излечения через огонь Святого Духа без плоти, и приняв окончательное решение после воссоединения с восстановленной материей, чего он достоин, самоосуждая себя предстоя пред лицом Господа на Страшном Суде, в страшном осознании принесенной за себя Жертвы Христа, милосердно взирающего с престола…, а дальше Тайна Промысла Божиего неизреченная…

Вот чем цены святые для Господа, прошедший горнила искушений и испытаний в скованности и пленении, ущемленной ими своей плоти — молитвами и стараниями для других чад Божих, вот почему становится он выше Ангелов, не преодолевающих подобное в течении всего своего бессмертного, а главное, неизменного состояния. Не познает никто из нас ни болезней, ни увечий, ни страха перед ними и неизвестным концом, не страшны для нас пытки, нет и страха пред наказанием, ибо нет ничего, что мы могли бы не исполнить со скоростью молнии, и нет ничего, что было бы желаннее выполнения порученного Богом!

Душа:

— Заповеди и блаженства, при их соблюдении, ограждают от ошибок в жизни, и от ответственности за нее после. Упрощая человеку его существование, Господь обобщил их, выведя своей кровью на скрижалях сердца каждого рождаемого во плоти: «Не делай никому того, чего не хотел бы себе». Прежде, чем сделать выбор, необходимо сверить предстоящие намерения с заповедями, но единственно, к чему прибегает человек «хочу — не хочу» — все остальное лишь варианты. О совесть подруга и вторая сущность моя, почему ты так слаба и ненастойчива, почему словами своими только стыдишь и совестишь, но не придаешь сил, не направляешь волю, не придаешь верному решению решительности?! Как же сложен в свободе своей человек, попавший под зависимость рассудительности рассудка и разумения разума, почему оба они, поддавшись уговорам совести, не могут отчистить зерцало ока своего — ума, воспринимающего все в искаженном виде? Где страх Божий, имеющий свое начало не в возможных потерях или последствиях на земле, но исходящий из анналов Вечности? Кто задумывается об этом, когда в веке сем обещано спасение одними только скорбями, но кто радуется их присутствию в своем существовании, кто жаждет их, кто благодарит за них?!

Лишь умножающиеся скорби, боль, отчаяние, напоминают человеку, зачем он здесь — чтобы пройти испытания, в борьбе с ними, а не в обнимку с предпочитаемыми наслаждениями, преодолеть по силам попускаемые муки, слабости, страх, безнадежье, часто на последнем издыхании. Только годы в тяжелейшей борьбе с самим собой, с болезнями и недугами, при равнодушии и непонимании такой жизни другими, подобными себе, при видимой и ощущаемой несправедливости, очевидном неравенстве и бездушие властей, почти богооставленности в нестерпимых истязаниях своей плоти, задает раб Божий извечный вопрос: «Почему это со мной?!». Ища ответы вне себя, не знают несчастные, что таятся он внутри каждого…, не организма, но внутреннего мира, и только рассматривая его и разбирая, что там верно, а что противоестественно, человек приняв туда Бога, а точнее обнаружив Его там, сможет поменять это «почему» на «слава Тебе, Отче!».

Ангел:

— Не раз возносил я мучеников перед самой их мучительной кончиной, в самые тяжелые моменты их страданий на дыбе, кресте, костре, по велению Отца Нашего Небесного, велевшего показать им уже уготованное им место в райских кущах, чем облегчал любые боли и жуткие муки истязаний, спуская после успокоенных туда от куда забирал, чтобы после убиению их, препроводить их души по предназначению. Одного лишь видения было достаточно тем страдальцам, что бы перестать придавать большое значение боли, обиде, унижениям.

Душа:

— Видящий свой благой конец, благодаря которому перейдет он в благодать вечную, и понимающий краткость своих страданий человек, способен перенести любые страдания с легкостью и готовностью. Я говорю вам, видящая это своими очами: каждому в муках пребывающему и благодарящему, Господь уже приготовил райскую кущу на веки вечные! Аминь!

Ангел:

— Невозможно терпеть в одиночку одной плоти страдания, предназначенные для разделения их между ней, духом и душой, потому и благодарить не возможно, а тем более