Карамель поклонилась, а затем повернулась и пошла прочь с высоко поднятой головой. Хоть на ней и было узкое платье, она несла его с достоинством, такое ощущение будто бы она была моделью, а не студенткой. На выходе из ворот кладбища, молодая особа поравнялась с мужчиной в строгом черном костюме, но даже не повернула голову в его сторону.
— Ты опоздал — произнесла Карамелева, глядя перед собой. — Она ждет тебя, как обычно.
— Садись в мою машину, после мы позавтракаем с тобой — держа в руках огромный букет белых лилий, ответил статный мужчина.
— У меня экзамен. В следующий раз- закончив фразу, девушка пошла дальше.
У машины ее ждал личный водитель, он помог ей сесть. Алиса ни разу не обернулась назад, чтобы посмотреть вслед удаляющемуся отцу Нет, девушка не злиться на него, просто он ведь сам ее учил быть менее сентиментальной и кажется, наконец-то, она усвоила его урок. Машина тронулась, и повезло ее обратно в академию. Карамель сняла солнцезащитные очки, кинула их на сидение и откинула назад голову. Это тяжело быть постоянно закрытой книгой, однажды ты и сам себя не сможешь открыть и понять. Иногда слабину давать стоит каждому из нас.
****
Веста сидела на травке, прижавшись спиной к старинному дубу. Ей удалось найти укромное местечко, чтобы впервые за долгое время сделать запись в своем дневнике… Она открыла нетбук, поставила его на коленки и начала делать запись.
ник:
«И вновь привет, ведь кажется, нормальные люди здороваются со своими дневниками, ведь так? Хотя, зачем менять свои привычки? Знаете, никогда раньше не задумываась на тему, как живут все вокруг меня. Нет, правда меня всегда мало волновали люди вокруг меня и их привычки. Все мои шестнадцать лет я жила своем мире. Свое поведение и слова, я считала истинной в последней инстанции. Но в свете последних событий, поняла, насколько же я была узколоба. Но, у меня не так много времени осталось, чтобы узнать мир вокруг себя. Думаю, стоит ограничиться узнаванием мира Эммы, он у нее интересный и забавный. Не буду изменять свои привычкам и изолью на страницу дневника все свои переживания и тревоги, а их за такой краткий срок накопилось воз и три фургона с верхом.
Да моя жизнь сплошная классическая американская горка, хотя нет, я ошибаюсь. Моя жизнь русская рулетка, есть один патрон и никто не знает, когда он оборвет мою жизнь. Так хочется сказать, что это всего лишь красивое сравнение, но, увы и ах, это моя реальность. Да, это труднее, чем я думала. Даже пальцы отказываются писать эту новость, что уж говорить о том, чтобы произнести вслух все это. Может, прошло еще слишком мало времени. Может, через полгода я смогу в легкую всем признаться? Не знаю, я вообще уже ничего не знаю и ни в чем не уверенна. Я ведь могу и не протянуть эти полгода, для меня уже и завтра-то не существует, по сути. Хотя, Веста бери себя в руки и переставай жалеть себя, все равно ничего нельзя изменить, даже если очень захотеть, все останется так же и диагноз никуда не уйдет. Моя главная задача на сегодняшний день, жить так будто бы это мой последний день. Страх в сторону, поднять голову и улыбаться миру. Пусть считают дурой и чокнутой, не важно, я должна испытать всю палитру чувств, до тех пор, пока в крышку моего гроба не вобьют последний гвоздь и я не почувствую тяжесть могильной земли. Пока я жива, и это самое главное.
Фух, все хватит ходить вокруг этой новости, что я за тряпка, раз не могу даже бумаге выдать эту новость. Пару недель назад Зот объявил мне, что я неизлечимо больна. Мое заболевание называется муковисцидоз и, увы, не поддается лечению. Вообще-то это наследственное заболевание, но почему им заболела именно я, не могу понять. В моей семье не было подобных генетических отклонений, видимо произошла, какая-то мутация. Ну, хоть в этом я первая, наверное, стоит порадоваться. Зот не дает никаких прогнозов, говорит, что мне требуется постоянное наблюдение и поддерживающая терапия. Пока, что я получила лишь два десятка разных упаковок с таблетками и графиком их приема. Что же, если это единственный способ, продлить жизнь, я буду их употреблять. Так же, он обещал научить меня делать, какой-то массаж, который мне поможет. Он просил, чтобы я не нагружала себя, но я отказалась. У меня осталось не так уж и много времени, чтобы себе еще в чем-то отказывать.
Никто в академии и дома не знает о моем диагнозе, я решила до последнего играть в партизана и скрывать от них правду. Не хочу видеть эти сочувствующие взгляды в свою сторону, это будет ужасно унизительно и противно. Для всех я здоровая и чокнутая, как и прежде. Не хочу, чтобы меня хоронили раньше положенного срока.
