Почему же сейчас после мощнейшей критики стратегии недавнего прошлого ринулись в другую крайность – полной разнузданности и этакой пропаганды пошло легкой жизни, глупейших фильмов и рекламы, бесконечных телевизионных игр во все, что только можно придумать? Мы что, глупее китайцев? Разве не ясно, что всеми средствами информации мы должны настраивать свой народ на преодоление трудностей, на работу, а не на пустое времяпровождение, танцульки и десятилетнее отгадывание слов в Поле Чудес?
Почему это мы так самозабвенно ринулись в демократию и почему она так сильно защищается не только кое-кем из нас, но и западным миром?
Как ответить на все эти и другие, тут не названные, вопросы? Будь один-два – их можно было бы списать на незнание, на ошибки исполнительной власти. В данном случае и само количество, и характер вопросов позволяют нам сделать только одно единственное заключение. Они – результат заведомо сознательных эгоистических решений и действий вполне определенного круга лиц, следствие предоставленной им системой свободы вне общепринятых и отработанных жизнью правил поведения, отвечающих интересам подавляющего большинства истинно созидательной части общества. Они прямо вытекают из ответов на последние два вопроса.
Вне надлежащей культуры общества установление демократической формы правления чревато колоссальными издержками, которые могут оказаться соизмеримыми с издержками советской власти. Демократия без культуры – та же утопия, что и социализм. Это грабеж государства и народа, национализм, массовая преступность, бессмысленная политическая борьба, неконтролируемое зверское обогащение меньшинства. Подобная демократия выгодна только этому меньшинству. Она удобна и другой – западной демократии богатых, завоевавших когда-то в силу благоприятных внешних обстоятельств место под солнцем и употребивших его в явно национал-эгоистических целях своих стран. Для них демократия – свободное соревнование с бедными, современная форма утонченно-издевательской «цивилизованной» эксплуатации последних. Мы тут отнюдь никакое не исключение.
Не относится ли в полной мере к нашей развращенной сегодняшней действительности предупреждение Макиавелли, сделанное им еще 500 лет назад? «В развращенных городах сохранить республику или же создать ее – дело трудное, а то и совсем невозможное. А ежели все-таки ее в них пришлось бы создавать или поддерживать, то тогда необходимо было бы ввести в ней режим скорее монархический, нежели демократический, с тем, чтобы люди, которые по причине их наглости не могут быть исправлены законами, в какой-то мере обузды-вались властью как бы царской.., ибо народ полностью развращенный, не то что малое время, но вообще ни минуты не может жить свободным. Люди поступают хорошо лишь по необходимости; когда же у них имеется свобода выбора и появляется возможность вести себя как им заблагорассудится, то сразу возникают величайшие смуты».
Не будем говорить о монархии: обратная дорога порой не легче дороги вперед. Но главный вывод о выходе из создавшегося положения напрашивается вполне определенный.
Во-первых, мы должны жесточайшим образом усилить роль государства, причем не только в плане упомянутого обуздания всякого рвачества, но и в плане организующего влияния, вытекающего прямо из требований переходного периода жизни страны, периода не установившихся связей и не полностью отработанных процедур. Того влияния, которое необходимо было бы сохранить и обеспечить с первых дней всех наших перестроек.
Во-вторых, мы должны, дабы ускорить процесс строительства социально справедливого и самостоятельного государства, бросить все силы на подъем культуры людей, подчинить решению этой проблемы среднюю и высшую школы, поднять престижность преподавательского труда и привлечь в эту сферу наиболее талантливых людей, подчинить все средства массовой информации и пропаганды настрою на учебу и созидание, на повышение культуры жизни и работы. Сегодня все ищут общенациональную идею. Начать всем учиться, начать строить страну собственными силами, – не есть ли это самая объединяющая всех идея?
В-третьих, мы должны, дабы уменьшить хаос, исключить, по возможности, заведомо ошибочные волевые шаги и не создавать нежелательных ситуаций для противоправных и нечестных поползновений, подчинив все наши решения, постановления, иные организационные мероприятия и даже наши желания инерционным возможностям хозяйственной системы по скорости ее перевода из одного состояния в другое. Наглядный пример обратного – все финансовые пертурбации последних лет, которые не соответствовали текущему реальному состоянию хозяйства страны и потому каждый раз становились базой для безобразных своей открытостью разного рода махинаций.
