Сборник в части прославления твоего имени великолепен: Подтверждение тому, хотя бы, приведенные в нем документально-пафосные фотографии по поводу различных встреч, поздравлений, вручений, награждений.
В прошедшую субботу у нас состоялся банкет по случаю 85-летия Нисковских, известному тебе из моих писем. Он был Главным конструктором машин непрерывного литья заготовок, их на его счету штук 100, производительностью по миллиону тонн в год каждая.
Так вот я не выдержал, и, в порядке сравнения уровней чествования, рассказал присутствующим о праздновании твоего юбилея, не преминув при этом упомянуть о нашей с тобой дружбе с далеких студенческих лет.
Настроившись на волну моего высокопарного выступления, не удержался и наш юбиляр, произнеся речь о сделанном им в области непрерывной разливки прямо в духе твоего Сборника, воспринятого (так же, как мною и всеми остальными) вне какого-либо, якобы в нем, «юмора».
Не могу не прокомментировать и вторую часть послания, уж точно юмористического его приложения на «фаллическую» тематику и тему столь всегда для меня занимательной «тесноты мира».
Это надо столь одновременно проявить интерес к сему: с одной стороны вполне серьезной пожилой дамой, а с другой – вашими молодыми сексостряками! Не отстал от них и ты, подтвердив тем еще раз отмеченную выше широту своего кругозора. Молодец!
Бывай здоров, и не забывай, что твои письма всегда мне бесконечно дороги.
Не можешь ли оказать любезность прислать мне копии каких-либо твоих лекций, читанных за рубежом и упомянутых на стр. 11 юбилейного сборника. Впрочем, можно и копии любых других популярных лекций из числа имеющихся в твоем электронном архиве. Буду признателен.
В порядке обмена посылаю кое-что на такую же тему из моих материалов».
«Спасибо за письмо. Я с удовольствием его прочитал.
Особенно мне понравился фрагмент о прогнозе будущего. Когда-то я нашел в польском журнале «Пшекруй» фразу, подписанную псом Фафиком: «Очень трудно что-нибудь предвидеть, особенно на будущее». Мне кажется, что ты с ним солидарен.
Был восхищен твоими словами в адрес философов и других гуманитариев. Что касается Герцена, то я очень мало его читал, но вполне готов тебе поверить. Когда-то наш общий учитель Анатолий Васильевич Грошев, когда я завалил первый экзамен в институте и объяснил это тем, что увлекся философией, сказал: «О, это очень похвально! Философию нужно знать, чтобы понять всю глубину человеческих заблуждений». Слава Богу, что есть еще такие люди, как ты, которые думают о подобных вещах.
Ты ничего не пишешь о своем здоровье. Значит ли это, что оно не вызывает огорчения?
Что касается моих популярных статей, то, по-моему, я написал только одну, которая есть в начале юбилейного сборника. Скоро пришлю тебе обзорную статью по так называемым динамическим материалам. Мне кажется, тебе она будет интересна. Всего доброго».
«Ты бесподобен своей всеядностью. Твоя реплика относительно «солидарности» с польским псом Фафиком – превосходна.
Про Герцена у меня не подтасованная, а точно, поразившая меня тогда, правда.
Твое восхищение моим отношением к философам и гуманитариям, если оно от сердца, приятно, ибо оно, как говорили марксисты, верно и правильно. Поэтому я призывал тебя ранее, и призываю еще раз, на склоне лет чуть-чуть забыть о науке и, пока еще есть силы, обратить взор на мемуарную тему. Твои серьезные писания особенно дороги лирическими отступлениями, образными сравнениями и всем подобным прочим. Если бы ты внял просьбе, то, уверен, доставил бы большую радость многим читателям. Ты не думал, что славен теперешним почитателям и коллегам прежде всего как раз этой частью своей натуры – образностью писаний и выступлений. Прошу, внемли этому совету.
О моем здоровье ты можешь косвенно судить по тону моих посланий. Вполне здоров, недоволен лишь своей неестественностью. Купил новый велосипед и теперь езжу по лесам, особенно, при нынешней превосходной погоде.
Доставил удовольствие, напомнив о нашем учителе Грошеве. У меня такие же добрые впечатления. Помню, как он мне ставил свою первую четверку не за знания, а за будущую «реализацию моего потенциала». Кстати, я всю жизнь был неравнодушен к людям с нестандартными подходами к окружающему пространству. Этим я восхищен и в тебе.
И, наконец, о последнем, о чем я просил и что ты опять переиначил или перепутал. А просил я прислать мне не твои «популярные статьи», а «оказать любезность прислать копии каких-либо лекций, читанных за рубежом и упомянутых на стр. 11 юбилейного сборника». Не понимаю, как можно было перекрутить столь необычно подробно изложенную просьбу. Так что прошу еще раз. Жду. Благодарен тебе за письмецо».
«В очередной раз виноват перед тобой: затянул с ответом. У меня трудное время – заболела моя хозяюшка Зоя. Две недели назад она внезапно потеряла сознание, пришлось вызвать скорую. Гипертонический криз.
Сейчас все время уходит на врачей. Как только немного приду в себя, пошлю тебе последнюю свою статью по динамическим материалам.
Кроме того, я почитаю Герцена, ибо заинтригован твоей оценкой. Всего тебе доброго».
