Можно промоделировать движение жизни в ее общем виде, и показать математически, что мир, в этом общем виде, останется неизменным не только в 21 веке, но и далее в ближайшем обозримом будущем. Что же касается конкретных результатов человеческих деяний, как позитивных, так и негативных, то они, в силу не представляемого многообразия человеческих натур, их «бзиковой» устремленности и еще большего числа всевозможных сочетаний разного рода факторов, определяющих движение (уже конкретного) человека по жизни, – просто не прогнозируемы.
Можно ли, спрашивается, было промоделировать, например, появление на свет Горбачева и, тем более, Ельцина?
Очередную революцию, я предвидел, без моделирования, еще в 70-ых годах, а вот как она конкретно произойдет, не представлял даже во сне, особенно, в сочетании Горбачев – Ельцин! Конкретности не предсказуемы!
А потому я вновь возвращаюсь к моему предложению, которое ты (по своим правилам, что я никак не могу промоделировать) опять обошел полным молчанием. Не высказался ты, кстати, и по другой интересующей меня проблеме, обкатываемой мной настойчиво последнее время».
«Мне казалось, что ссылка на статью Арнольда является ответом на твою критику в адрес модели Ланкастера.
Главный вывод этой простейшей модели заключается в том, что двойное превосходство в живой силе противника требует от «оппонента» четверного превосходства в боеспособности (эффективности оружия).
Я не представляю себе, что такой вывод м. б. получен на основании общих рассуждений. Вряд ли можно отрицать полезность такого вывода, несмотря на то, что модель учитывает далеко не все факторы. В статье Арнольда имеются ссылки и на более сложные модели. Всего тебе доброго».
«Приобрел новый компьютер, неделю его налаживал, потому получил твое только сегодня. Отвечаю на него.
Опять удивлен насчет Арнольда. На мой взгляд, твое о «двойном превосходстве в живой силе противника, что требует от «оппонента» четверного превосходства в боеспособности» – есть только в дурной (в смысле практического приложения) программе Арнольда. А в реальной жизни подобное – абсолютнейший абсурд, блестяще подтвержденный, как я писал ранее, тобой же (что ты обошел молчанием). Я как раз на эту тему вчера смотрел по телевидению фильм «Блокада» про Ленинград (по Чаковскому). Вот там отлично показано от чего (каких «нелепых» случайностей) что зависит, и как все получается на настоящей войне. Это надо придумать – «Четверное превосходство»!!! Или я чего-то у тебя не понял?
Кстати, ты снова, уже в третий раз, забыл о моем предложении по совместной статье. Не можешь ли мне объяснить, почему постоянно уходишь от моих прямых вопросов и реплик, явно требующих ожидаемой на них твоей реакции?
P. S. Теперь ты можешь слать мне все, что захочешь, в любых объемах и с любыми картинками».
«В продолжение. Да, мы сдаем позиции в части созидания (и это я четко чувствую по себе, и может с некоторыми сомнениями, и по тебе. Хотя бы по последним письмам, в том числе, по «несчастной модели Ланкастера». Когда я тебе, кажется, о сугубо практическом ее применении со ссылками на твои же труды (только в лучшие творческие твои времена), а ты мне в ответ, настойчиво и многократно, о бесспорных, на мой взгляд, абстрактных возможностях математического аппарата. Но ведь, с другой стороны, не на пустом же месте идет спор? Значит, есть какие-то аспекты спора, как в изложении сути, так и в ее нами восприятии? То же имело место, вспоминаю, и при обсуждении «динамических» материалов.
А какая у меня была благость от всего твоего в ту отмеченную пору! Так что надо нам достаточно взвешенно относиться к теперешним спорам. Полагаю при этом, что критическая составляющая наших возможностей пока еще находится на заметно более высоком уровне в сравнении с их чисто созидающей компонентой, о чем, по крайней мере, в части себя, я уже не раз тебе напоминал ранее. Выводы очевидны.
Прошу тебя, подумай. Я через этот забор перелез. И, думаю, поступил правильно. Остановить свой бег надо тоже уметь своевременно, хотя бы для того, чтобы не расстраивать зря людей, тебя знающих.
Об этом тебе никто не скажет так прямо, как я – тебя безмерно любящий В. Быков».
«Дорогой Володя. По поводу твоего совета уйти с работы…
Ты будешь смеяться: я как раз собирался посоветовать тебе написать новую книгу со своими размышлениями о прошлом, будущем и обо всем сущем. А также пойти преподавать в институт или техникум. Разум у тебя светлый, Энергии достаточно. И мне кажется, что ты еще можешь поработать в свое удовольствие.
Что касается меня, то пока мое начальство терпит меня в щадящем режиме: хожу в Заведение 4 раза в неделю с 12 до 19. Конечно надо, и, наверное, придется, подумать и о чем-то более радикальном».
«Дорогой Илья, я не просто тебе «советовал уйти с работы», а предлагал, «без смеха», настойчиво и с должными аргументами принять такое решение, уж никак в твоем возрасте и при твоем положении, считаю, не зависящее от воли и желания какого-то разнесчастного «начальства».
