Я просил привести в кавычках мою фразу (повторяю, мою), в которой бы у меня говорилось как я сам лично в «очередной раз ударился в наставительную морализацию», как ты, а не я, писал в своем предыдущем письме. Ты в этом своем свежем ответе вопреки элементарной логике опять приводишь эту придуманную тобой фразу. Именно придуманную тобой и только тобой, как и все остальное твое негативное в мой адрес. В отличие от тебя я разбираю и критикую только тобой написанное, тобой сделанное, а ты, наоборот, придумываешь, абсолютно для нормального человека недозволенное, а именно, исходные основания мною якобы написанного, именно придумываешь, и начинаешь это свое придуманное затем разбирать и критиковать. Вот я и попросил тебя привести мои слова, мой текст, поместив его в кавычки, для чистоты. Ты же взял и сослался на придуманные про меня – собственные слова.
То же касается и второй части моего вопроса – только текста твоей просьбы (ко мне), где бы якобы я что-то «постоянно повторяемое» твое игнорировал… Что это за «постоянно повторяемое»?
Матус!
В дополнение к моему вчерашнему. Я забыл упомянуть в нем о первых трех строчках твоего письма, которые приведены выше в его копии, касающиеся моей «искренности», и, божусь, что они точно соответствуют моему к тебе отношению.
Но тут же далее ты написал, что «не знаешь, как и в чём помочь, потому что не знаешь, что именно конкретно (я от тебя) хочу».
И это последнее после того, как я тебе в ответ на твою просьбу в предыдущем письме «указать конкретный спорный вопрос, который я желаю с тобой обсудить, точно ее выполнил и послал тебе ниже приведенное сообщение.
Матус, дорогой! Постараюсь прямо выполнить твою просьбу и задать тебе для ответа свои вопросы.
1. Можешь ты ответить так в своем очередном письме, как делаю я, и как я просил ранее не один раз, это делать тебя? (не в порядке нравоучения, а только в целях облегчения твоей работы и более четкой нашей переписки)
Т. е.: кликнуть на этом моем письме в своей почтовой программе на «Ответить» – и у тебя, на автомате, откроется чистый бланк для твоего ответа с моим адресом (который не надо будет тебе набирать, как ты постоянно делаешь) и с полной информацией (с датой, временем и прочими почтовыми данными моего письма) в голове твоего будущего мне письма – ответа, в котором далее ты будешь набирать свой текст.
2. Будь любезен, приведи в кавычках мою фразу, в которой я «очередной раз (как ты пишешь в этом своем ниже приведенном письме) ударился в наставительную морализацию», а также, в кавычках, текст твоей просьбы, что я «игнорирую постоянно повторяемую в предыдущих письмах и сейчас».
Получил же в ответ на четко выполненную твою просьбу то, что я привел во вчерашнем своем письме. Вот уж тут только я и могу повторить, причем действительно совсем к данному месту, твою сакраментальную реплику: «Не знаю, как и в чём тебе помочь, потому что не знаю, что именно конкретно ты хочешь».
Так что не торопись с ответом на мое вчерашнее письмо, как следует, подумай и все взвесь. Прошу, подумай, и не торопись!
Матус, дорогой!
Вот что я от тебя получил. Привожу ниже полную копию твоего письма, которая открылась, в соответствии с установленной у меня программой, после нажатия на «ответить». Как видишь, у меня открылся не «свободный экран», как пишешь ты, а открылся экран с копией текста твоего письма и вдобавок к нему то, что мне нужно и что я тебя все время, как идиот, извини, прошу: вверху над твоим текстом все необходимые для меня данные по твоему (а не по моему) письму, на которое я тебе сейчас отвечаю. После же нажатия тобой на «отправить» твое письмо мне не «посылается», получаю я сначала уведомление о поступлении на мою почту твоего письма. И только по моей команде «открыть» появляется текст твоего мне письма. Именно только текст его и, естественно без каких либо данных «с указанием дат и времени, наверху», как пишешь ты. Подтверждаю, что так все и произошло и сейчас. Как только я нажал «открыть». Открыть и ответить – это, как и требуется по делу, разные программы в части их исполнения.
Все остальное я не комментирую: оно полностью соответствует тому, что я тебе написал в предыдущем своем письме. Сделай так, как я в нем тебя просил, и не лезь, пожалуйста, в бутылку. У тебя нет на то никаких оснований. Пожалей и себя, и меня.
«Владимир Александрович. У папы ослабело зрение и ухудшилось состояние здоровья,
особенно нервной системы в различном проявлении.
Специалисты настоятельно порекомендовали ему исключить пользоваться компьютером. Папа просит извинить, к чему мы с Сашей присоединяемся с пожеланием Вам беречь здоровье. Всего хорошего. Ирина».
