Эйлин засмеялась. В этом почти истеричном смехе было все — и напряжение этой суматошной ночи, и воспоминания о поминутном ожидании провала, и обида на Касавира, на которого у нее решительно не поднималась рука обижаться.
— О, а вот и наш герой! — воскликнула она, вскакивая.
Касавир шел в сторону выхода с двумя развязными девицами в руках. Тут Эйлин вспомнила, что она все-таки капитан крепости и непосредственный его командир.
— Стоять! — закричала она своим самым командирским голосом.
Кара с тревогой посмотрела на Грейсона и Ниваля, но они даже не пошевелились. Сэнд лишь приподнял одну бровь.
Касавир встал, как вкопанный. Эйлин подошла к нему.
— Поставить девушек на место!
Девицы зашушукались и захихикали, когда он выполнил приказ. Эйлин обратилась к ним.
— Кто такие?
— Танцовщицы, сэр… то есть леди, — ответила самая смелая.
— Что вам от него нужно?
— Ничего, леди. Он нас спас.
Эйлин повернулась к Касавиру.
— Объявляю тебе благодарность! А вы обе брысь отсюда.
Девицы опять хихикнули и разбежались.
Эйлин обратилась к Каре:
— Где остальные?
— Ну, Келгар с Айшей ушел сразу, как я его отогнала от шеста, Гробнар так и не появлялся, а Элани с Шандрой там, в углу, спят.
Они и правда спали, трогательно обнявшись и улыбаясь во сне.
Эйлин покачала головой.
— Не хочется их тут оставлять. Касавир, ты их до таверны донесешь?
— Попытаюсь, только наплечник надо снять, — виновато произнес Касавир.
— Давай его мне, побуду уж твоим оруженосцем, — примирительным тоном сказала Эйлин.
Когда они выходили из замка, Эйлин буквально спиной почувствовала взгляд. Но оборачиваться не стала. Она и так знала, кто это. И показала этому «фантому» кулак за спиной.
Когда сонная, усталая компания добралась до таверны, Дункан с таинственным видом доложил Эйлин, что Бишоп уже здесь. Еще бы. Пока Касавир дотащил этих спящих красавиц, Бишоп сто раз бы успел сбегать туда и обратно.
— А мне-то что с того? — неприветливо огрызнулась Эйлин. Мысленно она была уже в постели, и думать о Бишопе на сон грядущий — это было уже слишком.
— Ну, — уклончиво ответил Дункан, — мы тут с ним немного поговорили, прежде чем он пошел к себе.
— С каких это пор ты стал наперсником Бишопа? — безо всякого интереса спросила она.
— Да, собственно… в общем… он не совсем лестно о тебе отзывался.
— Тсс. Ты с ума сошел, — показала Эйлин взглядом на Касавира, который уже отнес безжизненные тела в постельку и решил немного перекусить после волнительной ночи. В этом вопросе он всегда проявлял похвальную самостоятельность и не ждал, когда ему подадут. С голоду помереть можно, если всех ждать.
Однако он, похоже, ничего не слышал из их разговора и вообще был погружен в себя. Но, на всякий случай, Эйлин и Дункан отошли подальше.
— Дункан, если бы ты не был моим обожаемым дядюшкой и твой болтливый язык не приносил бы мне иногда пользу, я бы его уже отрезала, — зло сказала Эйлин.
— Спасибо за теплые слова, племяшка. Особенно за обожаемого дядюшку. Так вот, Бишоп пришел в ужасном состоянии.
— А в каком состоянии он должен был прийти? Я вообще удивляюсь, что он не приполз.
— Ты не поняла, — Дункан приблизился к Эйлин, обдав ее своим выхлопом, — он был просто подавлен, хотя и не подавал виду. Назвал тебя словом, которого я при своей племяннице и произнести не могу. Потом взял бутылку крепленого и ушел к себе. Что ты с ним такого сделала?
— Ничего, поверь. Но если бы я его там встретила, то сделала бы обязательно. Ладно, Дункан, спасибо за заботу. Да, кстати, Гробнар не приходил?
— Нет, Гробнара здесь не было, и меня это не огорчает. А вот Келгар… — Дункан оживился и приготовился выложить очередную сплетню.
Эйлин отмахнулась от него.
— Знаю, знаю. Все, спокойной ночи.
Когда она проходила мимо комнаты Бишопа, дверь тихонько отворилась. Красавец-мужчина стоял в дверном проеме, пытаясь принять самую драматичную позу. Удавалось ему это не очень, ибо, как бы ни был мир Фаэруна полон чудес, силу тяготения еще никто не отменял. Эйлин поняла, что отправиться спать на сей раз ей не суждено. Быстро оглядевшись, она втолкнула Бишопа в комнату, зашла следом и закрыла за собой дверь. В другое время она сочла бы этот поступок более чем странным, но ясно было, что он от нее не отстанет, а ждать, пока Касавир заморит червячка и войдет в коридор она, по понятным причинам, не могла. Не хватало ей на сегодня еще особо жестокого убийства.
