Его губы поглаживают мои, и они такие мягкие, что этого просто не может быть. Потом я прижимаюсь к его рту еще сильнее, и он отвечает мне взаимностью. Я чувствую себя бездыханной и невесомой, по всему телу бегут мурашки. Я подталкиваю его, пока он не оказывается лежащим на моей кровати, а я не падаю на него сверху.
Его пальцы скользят по моей спине, приподнимая футболку, и он прижимает ладони к моей обнаженной коже. Я дрожу, приоткрывая губы. Его язык проскальзывает между ними.
Меня никогда прежде так не целовали. Список парней, с которыми я целовалась, чрезвычайно короткий, и всё это было еще в начальной школе, но Картер этого не знает. И я надеюсь, что он ничего не заподозрит по тому, как я целую его в ответ. Я следую за ним, позволяю ему вести меня, растворяюсь в фейерверке ощущений и природных импульсов.
Пока в открытом дверном проеме не хлопает в ладоши мой отец.
– Эй!
Я подскакиваю, едва не падая с кровати.
– Оливия пришла, – говорит отец, нахмурившись. Она стоит у него за спиной и машет нам с дурацкой улыбкой. – Пожалуйста, проследи, чтобы это не повторилось, – говорит он ей, прежде чем уйти.
– Да без проблем, – она входит в комнату, качая нам головой с дьявольской улыбкой, которая становится всё шире. Потом она начинает медленно хлопать. – Это было просто супер.
– Заткнись, Ливви, – говорит Картер, поправляя футболку.
Она смотрит на меня.
– Видела бы ты своего папу, когда он вошел. Он просто
Я выкручиваюсь из-под ее руки и встаю.
– Мы всего лишь целовались.
Она бросает на меня взгляд.
– Я видела, как целуются. У вас был не просто поцелуй.
– Я думал, ты позвонишь, прежде чем приехать, – говорит Картер, меняя тему разговора.
Она откидывается назад и смотрит в потолок.
– Я надеялась, что тут будет Оден.
– Ты разве еще недостаточно больно ему сделала?
– Не говори так, – стонет она, поворачиваясь лицом к Картеру, – он мне правда нравится.
– Так что у вас случилось? – спрашиваю я, проявляя слишком большое любопытство ради собственного интереса.
Она садится, чтобы посмотреть на меня.
– Я извинилась за то, что уехала с Кендриком. Но потом сказала ему, что не готова начать встречаться прямо сейчас. – Мне становится неловко.
Я прислоняюсь спиной к шкафу.
– Понимаю.
– И зачем тогда ты хотела с ним встретиться? – спрашивает Картер.
– Я не успела объяснить. Он ушел сразу после того, как я сказала, что не могу с ним встречаться.
Картер резко встает.
– Подожди, а где Имани?
– Она с моей мамой, – отвечает Оливия.
Картер шумно выдыхает, но не садится обратно.
– Думаю, нам пора ехать.
Оливия встает, хлопает меня по руке и говорит:
– Не начинайте обжиматься, пока я не выйду из комнаты, – и выходит.
Картер следует за ней, я смотрю на него, и у меня ноет сердце. Но он задерживается в дверном проеме и оглядывается на меня. Он говорит:
– Так что, ты готова поговорить с Мэттом?
Я смеюсь.
– Ты что, шутишь?
– Вроде того, – он улыбается, делая несколько шагов назад. – Но что ты будешь делать? У тебя время только до полуночи.
– В списке указано, что я должна сказать Мэтту, что люблю его, но я больше этого не чувствую. – Я опускаю взгляд, потом снова поднимаю его на Картера. Он смотрит на меня исподлобья, усмехаясь. – Я, пожалуй, попробую объяснить это шантажисту.
Он приподнимает бровь, подходя ко мне ближе еще на пару шагов.
– Думаешь, тебя послушают?
– Это же мой список, а этот пункт больше не имеет смысла. Что касается меня, то я просто вычеркнула его из своего списка, признавшись тебе.
Он сокращает расстояние между нами, пристально глядя мне в глаза, на мои губы, снова в глаза. Сердце грохочет у меня в груди. Я едва могу дышать. Но мне удается кивнуть.
Он целует меня, и, словно по щелчку пальцев, я становлюсь пластичной глиной в его руках.
«Я выполнила пункт номер два, но не с Мэттом. Я больше не чувствую этого к Мэтту, так что, к сожалению, этот пункт больше не применим. Вместо этого я призналась в своих чувствах Картеру.
Я прикладываю фото, на котором Картер снял нас целующимися. И нажимаю «Отправить».
