В себя он приходил раз или два. Скуля от боли и слабости и все еще не открывая глаза, волк пытался укусить лапы, насильно вливающие ему в пасть какую-то гадость. Он умолял, чтобы его оставили в покое. Ему было так плохо, а тут еще какой-то садист не дает умереть спокойно! Но каждый раз он проигрывал в схватке, оказываясь слабее своего мучителя. Каждый раз он кашлял, плевался, но глотал, и каждый раз в конце этой малоприятной процедуры те же самые лапы успокаивающе гладили его за ушами, отчего он тут же погружался в пустой сон.
Очнувшись в третий раз, Волкас смог выйти из беспамятства и открыл глаза, смотря перед собой. Ужасная слабость все еще не выпускала его из своих объятий. Было темно и свежо, будто после дождя. Справа тлели угольки костра. Волкас потянулся к голове и скривился от боли в ребрах и ушибленном животе. Черт, так ведь и сдохнуть можно! Что случилось? Что это за место? Как он тут оказался? Последнее, что он помнит, как на него нападает носорог и поднимает своим рогом. А дальше.... Что было дальше? Ничего не помнит. Эх, дырявая башка... А где его одежда?! Из всего, что на нем сейчас есть – это белая грубая ткань, напоминающая марлю, которой плотно обмотали его грудь, фиксируя кости. Раны и ссадины промыты, а самые глубокие тоже обмотаны этой тканью.
Рядом что-то зашевелилось и тяжело вздохнуло. В нос ударил незамеченный до этого запах крови и пота. Волкас весь сжался от охватившего его ужаса, когда понял, что источник этого отвратительного сочетания прижимает его к себе. Забыв про боль и слабость, он вскочил, метнувшись в сторону, и упал на четвереньки от того, что закружилась голова.
Существо проснулось окончательно и настороженно приподнялось на локтях, после чего подвинулось ближе к стенке, село, вытянув задние лапы, и принялось с интересом осматривать пятящегося зверя.
“Трындец!” – подумал испуганный до усрачки Волкас, в шоке разглядывая существо в ответ.
Все как он увидел и в первый раз: лысая гладкая кожа, цвет которой не разобрать в темноте и под слоем грязи, за исключением пучка волос на голове, которые были, наоборот, довольно длинными, словно грива, и едва касались плеч существа. Узкий короткий нос, не вытянутая приплюснутая морда, большие выразительные глаза и ни на что не похожие круглые ушки по бокам черепа. Помимо волос на голове у создания было еще две изогнутые тонкие волосяные полоски над глазами. Страшненький. Волкаса передернуло, но он принялся разглядывать дальше. Длинные задние лапы, более короткие передние с пятью длинными пальцами на каждой, заканчивающимися не когтями, а непонятными овальными твердыми пластиночками сверху. Про тело нельзя было сказать ничего точно, ведь непонятное создание было одето в нечто, напоминающее одежду, только настолько рваное и грязное, что понять во что именно не представлялось возможным. Зато высокие шнурованные ботинки уцелели намного лучше, и можно было даже разобрать их болотно-зеленый цвет.
Пока они друг друга разглядывали, пришелец, или кем еще было это странное создание, подвинул к себе здоровый рюкзак и с новым вздохом посмотрел налево.
Волкас, едва сумев оторвать взгляд от этого сидящего чуда, тоже посмотрел туда и увидел лес. Оказывается, все это время они находились под природным навесом, образованным корнями деревьев. Новые шорохи заставили его вновь напрячься и оскалить клыки, но пришельцу было плевать на него. Он просто подкинул дров в еле тлеющий костер, даже не щурясь на огонь, и начал копаться в рюкзаке, словно по волшебству выуживая оттуда маленький котел и какой-то блестящий цилиндр. Когда появился огонек, существо достало нож (Волкас снова зарычал), обрезало ветки с двух разветвленных палок, воткнуло их с краю костра, снова взяло нож (бедный хищник уже устал бояться, а то мало ли, сейчас его приготовят на огоньке), очистило от веток еще один прутик, подвесило на него ручку котелка и установило всю эту нехитрую конструкцию над костром. После чего взяло цилиндр, сняло сверху колпачок, открутило крышечку и вылило содержимое в котел.
- Syp bydesh? – спросило оно, размешивая свою бурду вытащенной из рюкзака ложкой.
Волкас промолчал, не понимая: это приглашение к раннему завтраку (судя по розовой полоске рассвета на горизонте) или просьба свалить, чтоб глаза не мозолил? Но пахло так вкусно, а в животе было так пусто, что он решил рискнуть и все так же на четвереньках подползти чуть ближе, жалобно скуля.
Прищелец усмехнулся. В свете огня стали видны белые ровные зубы, принадлежавшие ни хищникам, ни травоядным и даже не грызунам, а нечто среднему, ведь все они были примерно одинаковой длины. К счастью, оно оказалось не жадным. И у него оказалось две миски, одну из которых, наполнив, поставило в зоне досягаемости волка. Волкас, поблагодарив, придвинул к себе свою порцию лакомства, не спуская настороженного взгляда с вновь вернувшегося на прежнее место пришельца, принявшегося жадно есть, обжигаясь. Видимо, он был тоже очень голодным.
- Слушай, а мне ложку дашь? – рискнул заговорить с ним зверь. – Или мне пальцами есть?