Ветер… Осень листья гонитПо аллеям парков сонных.Осень… В темном ветре тонетКонтур замыслов огромных.Позабыты эти строчкиМною. В старом, дряхлом доме,Выпивши воды из бочки,Я ночую на соломе.Надо мною ходит осень.Листьев старые газетыПожелтели. В небе просинь.Вечерами мало света.Все она перебираетСтарые сухие связкиЛистьев. Осень умираетВ ожиданье зимней сказки.Сон распахивает дверки.Забывая все на свете,День неяркий тихо меркнетСветлой памятью о лете.В доме пыльно и пустынно.Розы высушены с лета.И над полкою каминаРуки кирпичом согреты.<p>«Зима притаилась в прихожей…»</p>Зима притаилась в прихожей,За вешалкой, в складках пальто.Тебя, если спрячешься тоже,В лицо не узнает никто.Она задержалась случайно,Рассеянность свойственна ей,А лето на цыпочках, тайно,Прошло мимо этих дверей.Взгляд будет скользить коридором,В потемках углы огибать,Закончив окном, за которымЖизнь-осень устроилась спать.Когда же пойду я из дома,Сентябрьский дождь переждав,То запахов старых истомаПотянет меня за рукав.И в шаге-другом от порогаЯ юность увижу свою —Она переходит дорогуНа улицы дальнем краю.<p>«Весны событий время потекло…»</p>Весны событий время потекло,И каждый день захвачен им все глубже —Иначе солнце отражают лужи,Сверкает ярче битое стекло.В подъездах сыро. С ними по соседствуВ грязь оседают снежные холмы.Растущие ряды несоответствийЛомают правила зимы.Движенье сроков видится во всем:И в том, как вырос лед у водостока,И в том, что прочитаешь у Басе,В походке школьника, сбежавшего с урока.Покровов снежных состояние плачевно.Жизнь вся – предчувствие вестей.И бюллетень примет выходит ежедневно,Исполнен свежих новостей.Вникая в суть открывшейся картины,С подробностями хорошо знаком,Опишет март подтаявшие льдиныВнимательным и точным языком.И хаос, начинаясь от обочин,От солнца с грязным снегом пополам,Через толпы и света средоточьеПередается мыслям и делам.<p>«Как длинный ряд упреков в колдовстве…»</p>Как длинный ряд упреков в колдовстве,Февраль – воспоминание о вьюге.Все говорит о завершенном круге,О перевоплощенном естестве.Не верю зрению, и времени – в обрез.Тебе бросаюсь я наперерез,Поскальзываюсь, падаю жестоко,И, полумертвый, лежа на боку,О, жизнь моя,Я вижу след твой на снегуИ чувствую твое слепое око.Как в чреве матери,В предощущенье срокаВсе контуры твои ясны —Вся ложь учителей,Вся нищета пророков,Все сумасшествие весны.<p>«Москва черна под образами…»</p>
