Я не ожидала такого поворота. Мне не хотелось встречаться с ним взглядом – слишком было стыдно.
– Ну не знаю. Если б она меня позвала, я бы, скорее всего, согласилась.
Он хохотнул, но, когда заговорил снова, его голос звучал серьезно.
– Я запаниковал. Думал, что ты придешь с Кэсом. Линдси столько о вас рассказывала, и я решил… – Эзра замолк.
– Да, – я попыталась говорить ровно, – просто… Я подумала, вы с Линдси по уши влюблены друг в друга и все такое.
– Нет. Совсем нет. Ну то есть мы друзья, она крутая, но она не…
Не в его вкусе? Я вдруг вспомнила наш разговор на физкультуре с Фостером про типажи. Но кому вообще может не нравиться Линдси Реншоу?
– Что, любишь страшненьких? – Я не удержалась от комментария. – С деревянными зубами и вывернутыми руками?
– Вывернутыми руками?
Я покраснела.
– Ну, знаешь… Тыльная сторона кисти там, где должна быть внутренняя… И все такое…
– Да, точно. Знаю сотню девчонок с такими руками. Все горячие, как на подбор.
– Да ну тебя.
Эзра улыбнулся, и меня словно током ударило.
– Дев, давно бы уже пора понять… Это ты была этим секретом.
– Что?
– Знаешь, почему я тогда на физкультуре встал в пару с Фостером? Потому что знал, что ты его двоюродная сестра. Наше с тобой знакомство не заладилось, и я решил хотя бы показать, что хорошо отношусь к твоему брату. Конечно, потом оказалось, что он крутой и у нас много общего, но изначально… Я просто хотел тебе понравиться.
Он сказал это так просто и бесхитростно. Это напомнило мне о записках, которые пишут друг другу в первом классе. Я тебе нравлюсь? Да или нет – поставь галочку. Все, что я могла, – удивленно смотреть на Эзру.
– Я тебе еще на первой физкультуре понравилась?
Он кивнул:
– В тот момент, когда сказал: «Иди за мячом», а ты ответила: «Сам иди».
– Вот тогда?
– Да.
– Ты очень странно выражаешь симпатию.
– Ну не умею я производить хорошее первое впечатление. Да и второе, и третье, и четвертое с пятым.
Мы замолчали. Эзра покачался из стороны в сторону.
– Ну что… Я все испортил?
– Что ты испортил?
Он пожал плечами:
– Возможность… взаимной привязанности.
Я изумленно хлопнула его по плечу.
– Это из Джейн Остин. Ты что, читал Джейн Остин?
Он кивнул:
– Увидел, какую книгу ты оставила тогда на поле, и купил себе такую же.
– «Чувство и чувствительность»? Зачем?
– Чтобы у нас появилась тема для разговора. Не знаю, заметила ли ты, но я не то чтобы гений непринужденных бесед.
– И как ты собирался завязать беседу об Остин?
– Не знаю. Ну, мы могли бы тусоваться вместе, повисла бы неловкая пауза, и я бы бросил невзначай: «Блин, Уиллоуби такой козел, скажи?»
– Он не козел. Козел, но не совсем. Самый большой гад у Остин – мистер Уикхем.
– Точно, Уикхем. Ненавижу этого урода.
– Ты и «Гордость и предубеждение» прочитал?
– Ага. Решил сначала, что это продолжение.
До этого никто ради меня не читал ни одной книги. О чем тут говорить, Кайл Моррис, мой парень из восьмого класса, и вовсе предложил мне стать его девушкой в эсэмэске!
– Я не умею красиво говорить, как герои этих книг, – продолжил Эзра через пару мгновений. – Но… Мои чувства к тебе – такие же, как у них. Как у тех мужчин по отношению к девушкам, которых они не заслуживают.
Я на мгновение встретилась с ним взглядом. Больше выдержать не могла – слишком стеснялась. И слишком радовалась.
– Некоторые герои заслуживают, – произнесла я. – Кое-кто там замечательный и вовсе не кретин.
Он широко улыбнулся, обнажив свои слегка кривые зубы.
– Вовсе не кретин. Хорошо сказано. Напишу так в своем резюме.
Я хохотнула. Всего один короткий смешок – и стало тихо. Какое-то время мы стояли на приличном расстоянии друг от друга, и я это очень ясно осознавала, а потом оно внезапно сократилось. Я не помню, кто из нас сдвинулся с места, – я или Эзра. Это и неважно, потому что вот он, Эзра Линли, смотрит на меня сверху вниз и обнимает за талию. Я положила руки ему на плечи, словно мы на дискотеке в средней школе, но не было ни волнения, ни неловкости, и никто бы не потребовал оставить место для Святого Духа. Все ровно так, как надо. Все правильно, все волшебно. А потом он посмотрел на меня, и я ощутила, будто ожила самая чудесная часть книги Джейн Остин. Та, в которой герои наконец вместе.
Расстояние между нами исчезло совсем. Мы с Эзрой поцеловались.
На задворках сознания промелькнула мысль:
Если ты знаешь наверняка, что твои чувства взаимны, тебя наполняет такое мощное чувство, что им можно зарядить тысячу электромобилей. Это просто невероятное ощущение. Как будто произошло что-то совершенно невозможное. Самое счастливое совпадение на свете.
