– Я вижу, эта вещь тебе знакома, – он опять поправил бандану пушкой, почесал нос и направил дуло на хозяина дома. – Пора начинать говорить правду, дружок, потому что то, что я нашел в рюкзаке, указывает на присутствие здесь девчонки, – он протянул руку к рюкзаку, схватил и тут же бросил его перед стулом.
Ничего не понимающий Джереми был в ужасе.
«Милада в отключке или в бреду, трое головорезов машут пушками и непонятно чего добиваются. Угораздило же… Проклятый дом, точно проклятый», – поток его страшных мыслей прервал Санни, заговорив уже не таким уверенным голосом.
– Была здесь девчонка, но я не обратил внимания на ее внешность. Мы произвели обмен и она ушла.
Оскар усмехнулся.
– Ушла, значит, ну-ну… Где пушка?
– Эй, – подал голос Джереми, – а ну положи! – все дружно уставились на него, – это моя трость!
Третий, что принес рюкзак, теперь вертел в руках трость, которая даже в такой темноте сверкала змеиными глазами. Оскар обернулся, украдкой глянул на голову кобры и проговорил:
– Тогда вы поймете меня. Эта паршивка украла у меня пушку. Эта пушка очень мне дорога.
– Ага, и аптечку всю прихватила, и листок, на котором…
– Я что сказал тебе? – зашипел Оскар. – Умолкни, пока я здесь веду беседу.
«Беседу! Мы, оказывается, ведем здесь беседу! Прям светский раут», – Джереми почувствовал, как начинает закипать.
– Мы вернем вам трость и не причиним вреда, только скажите, где нам найти мою пушку и остальное барахло. И разойдемся друзьями, – он улыбнулся заготовленной, лживой улыбкой, которой улыбается маньяк в подворотне, пытаясь усыпить бдительность жертвы. «Иди ко мне, малыш, не бойся, дядя тебя не обидит». Вот только Санни кожей чувствовал таких игроков, возможно потому, что в нем самом жило нечто подобное.
– Мы не хотим наводить тут бардак, перетряхивать ваш с братом, – он усилил это слово, как бы давая понять «я вижу, когда ты врешь», – дом. Так что просто отдайте нам то, что мы ищем, покажите, куда ушла девчонка. А после мы уйдем.
– Пушки у меня нет, она осталась у девчонки. Она спросила, где в округе есть еще дома. Я рассказал ей про дачу Эртисов, и она ушла в том направлении. Завтра я… – он не договорил. Заскрипел стул, Оскар поднялся.
– Мы запрем вас в этой комнате до утра. А завтра ты покажешь нам дорогу. Ведите себя тихо, и никто не пострадает. Попытаетесь сбежать – вам конец. Это, – он махнул на трость, – пока побудет у нас. Как я понял, это дорогая вам вещичка.
Двое бандитов скрылись в проходе, Оскар, уже повернувшийся к ним спиной, вдруг застыл:
– И, парень, если ты нас надуешь… – Оскар ничего больше не добавил. Еще секунду он постоял в проходе, а затем плавно скрылся в темноте. Дверь захлопнулась.
52(ПОСЛЕ) Надежда
Макс вряд ли бы об этом задумался, но она его боялась. Боялась до ужаса. Было в нем что-то, вселяющее трепет, но она не могла понять что. Одно дело примкнуть к какой-то девушке, хотя даже та ее обдурила, но совсем другое ехать в машине с незнакомым мужчиной. Одолеть его не представлялось возможным ни при каких обстоятельствах. Лиа была хрупкой и выглядела намного младше своих лет.
«А что, если он маньяк?» – думала она. Что, если он отвезет ее к своим друзьям извращенцам? А может просто убьет ее, когда ему заблагорассудится. Лиа пыталась спрятать нарастающее беспокойство, вызванное тревожными мыслями, под маской пассивной агрессивности и нахальства, впрочем, как и всегда. Но незнакомец был довольно сдержан и не очень напоминал психа.
«Все они такие, – прошептал внутренний голос, – узнав, что этот «милый сосед» или «добродушный коллега» на самом деле маньяк, все обычно разводят руками. Если он убийца, ты узнаешь об этом, только когда будет уже слишком поздно».
Внутренний голос всегда умеет подбодрить. Лиа, стараясь не ерзать, ломала себе голову множеством вопросов. Как этот мужик попал в ее машину? Чем он занимался, прежде чем нашел ее? Почему на рукаве его куртки кровь? Чья она? Не укушен ли он?
Лиа исподтишка наблюдала за ним. Крепкий. Молодой, моложе, чем показался ей сначала. Одет в джинсы и брезентовую куртку, куда практичней, чем она. Но это все равно не повод задирать нос. Подбирая себе гардероб, о конце света она думала в последнюю очередь, так что, в чем выползла, в том выползла.
Тишина, воцарившаяся в последние пять минут, нависла над ними грозовым облаком. Макс поерзал и посмотрел на свою пассажирку. Смена настроений, видать, ее конек.
– Что? – с вызовом спросила Лиа.
– Бензина почти не осталось? – миролюбиво сказал он. – Стрелка почти на нуле.
– Да? А разве у тебя в кармане не припрятана пара канистр?
– Хм, – задумался он, – а, как думаешь, та тряпка с хлороформом еще годна?
– Ха-ха-ха, – она показала ему средний палец, но в следующую секунду, словно забыв все обиды, произнесла, – надо бы на заправку заскочить. Или на парковку какую, чтобы бенза слить.
– По пути есть одна, но когда мы проезжали ее, она была уже почти пуста. Неизвестно, кто ехал здесь после нас. Но зато там полно машин, так что что-нибудь придумаем.
– Мы проезжали? – Лиа процитировала Макса, тем самым задавая вопрос.
Он промолчал.
