– О, он не только это умеет. Он один из самых сильнейших магов, которых я когда-либо встречала.
– Хм, а еще, – я чихнула, перебив его, что заставило его замолчать на мгновение. – Это что сейчас было?
– В России на это обычно говорят «будь здорова». Но можно и так.
– Нет, я знаю, что люди чихают, – он переключил подогрев на пятерку вместо обычной тройки. – Не хватало еще, чтобы ты заболела. Мы и так выбились из графика…
– О, у тебя и график был?
– Да. Ключевое слово – «был».
– О, боги. Да все будет шикарно, это я тебе гарантирую.
– Как ты можешь быть уверена в подобном? Мы даже не знаем, доживем ли до завтра.
– Ну, это ты преувеличиваешь. Если бы была реальная опасность – Вася бы нас не отпустила.
– Ну да, а так она всего лишь сказала что-то про смерть на прощанье.
– Нет-нет, скорее, про ее отсутствие. Ты просто не разбираешься в предсказаниях.
– Зато я разбираюсь в медицине, и, поверь мне, ты заболеваешь.
– Да, с этим не могу поспорить. Но болеть я не собираюсь. Если будет необходимость – перебью симптомы каким-нибудь «Терафлю», а организм сам разберется, что ему нужно. В общем-то, так обычно и происходит.
Он ничего не ответил, и так стало понятно, что разговор окончен, и, скорее всего, он все сделает так, как захочет сам. А я наконец могу выйти на связь с давним другом и соратником, Бэзилом Брауном. Тот долго блуждал где-то, игнорируя мои предложения поговорить, но в итоге все равно появился в хорошо знакомом нам обоим лесу.
– Чем обязан? – все следы его недавнего беспокойства исчезли, уступив привычной показной наглости.
– И тебе привет. Перейдем сразу к делу, нечего терять время. Мне нужно, чтобы ты забрал нас с другом с северных территорий. Как можно скорее. Можешь прыгнуть, скажем, в Сыктывкар? И еще у меня есть информация касательно того, кто уводит чародеев из общины. Твои проблемы каким-то образом рано или поздно пересекаются с моими, так что, считай, тебе повезло.
– Ого-го… Как много всего, даже не знаю… Знаешь, тебе тоже сильно повезло, потому что в данный момент я как раз собирался куда-то туда. Точнее не я, но это неважно. Сыктывкар, говоришь? Так… Почему бы и нет?.. Правда, окажусь я там ближе к вечеру. Много дел, так много дел…
– Ну так беги, выполняй. Я найду тебя.
Сон закрутило, словно мы попали в блендер. Лес рассыпался на проблески света, листву и древесину. Контакт разумов был разорван, но сам сон не заканчивался. Я обернулась посмотреть, почему я еще тут, и увидела старое дерево, растущее из черноты и в черноту. Захотелось приблизится, что я моментально и выполнила. Приложив к нему руку, я почувствовала все то, что люди чувствуют, прикладывая руки к деревьям: шершавость, холод твердой коры, медленную и неторопливую жизнь, древнюю мощь. «Не каждый рожденный на земле должен вновь ей стать,» – донеслись до меня слова Василисы. Да, есть же еще и биомехи. Но и они нетленны ровно столько, сколько позволяет их хозяин. Или, в крайнем случае, столько, сколько позволено самому хозяину.
От нечего делать я пнула дерево ногой, надеясь, что тогда все заработает, как это часто бывало с телевизором в детстве. Но сегодня этот закон решил дать осечку. Все пространство вокруг меня сотряслось от удара, но не моего. Удар этот исходил от дерева. Вслед за ним раздался еще один, и мне показалось, что что-то стучит внутри ствола. Удары стали повторяться снова и снова, перекликаясь с моим собственным сердцебиением, пока наконец не слились воедино с моим пульсом. А потом все затихло. Даже мое сердце, как мне показалось сначала. Но я ошиблась. Оно билось. Одно на двоих. Совершенно чужое сердце гоняло мою кровь по всему телу – я ощущала это как никогда.
– Давай будем честны друг с другом, – услышала я свой голос со стороны и незамедлительно обернулась. Там стояла я. А если быть чуточку точнее, то оно было очень похоже на меня внешне, но не внутренне. Чувствовалась иная природа характера, иные, отличные от моих, мысли, поступки, чувства. – Обычно люди чувствуют всевозможные муки совести, когда лишь становятся свидетелями убийства. Многих тошнит прямо на месте.
– Чт… Кто ты?..
– Я – это ты. Теперь. Часть тебя, по сути, – она постучала кулаком по груди в том месте, где, если у вас нет проблем с анатомией, находится сердце. – Но выгляжу я как ты лишь потому, что ты не знаешь, как я выглядел при жизни. А запертый в твоем сознании я не могу воссоздать тот образ, увы.
– Вот как… И… Зачем ты здесь?
Копия меня рассмеялась громким, надрывным смехом.
– Ну и ну… – вторая Алиса театрально утерла несуществующую слезу. – Ладно, думаю, тебе немного неуютно болтать со своим отражением… Оттого и котелок не варит, а? Можешь дать мне любую внешность из когда-либо увиденных тобой.
