Я попыталась вспомнить хоть одного знакомого человека. Как на зло в голову лезли самые странные мысли и идеи, но только не люди. Кое-как я вытащила из памяти образ Виктора. «Сама с собой говорить не хочешь, а с трупом – с удовольствием, да?» – пронеслось на задворках сознания. Нет. Это единственный облик, который я смогла вспомнить достаточно подробно. Были и другие, но дать ему образ, с которым я контактировала или буду контактировать ближайшее время… Это было бы трудно для моего восприятия.
Открыв глаза, я узрела перед собой то же нечто, но с внешностью старого приятеля.
– Хм, намного лучше, как думаешь? – его активная мимика смотрелась непривычно на когда-то спокойном лице. Даже в облике Виктора его с трудом можно было спутать с покойным.
– Зачем ты здесь? – повторила я вопрос. Оно не отпускало меня в реальность, и это мне очень не нравилось.
– Ну, мы теперь единый организм, надо же нам как-то скооперироваться… К тому же, ты должна знать, кому принадлежало это сердце до этого. Так что я решил устроить тебе краткое введение в мою жизнь. Начнем с того, что я не сошел с ума, оказавшись в теле бота. Видишь ли, я сделал это гора-а-аздо раньше…
– Я подозревала нечто подобное. Дальше ты будешь рассказывать сколько людей убил, как убил, что чувствовал и тому подобное. Это все, конечно, очень мило и интересно, но я хотела бы очнуться.
– Так рано? Нет-нет-нет, так не пойдет… Сейчас для тебя я ближе, чем кто бы то ни был. Только я знаю, что, пристрелив ту женщину, ты не почувствовала ничего. Абсолютно. И не смей отрицать, я тоже ничего не почувствовал тогда, хотя готовился к фейерверку чувств и эмоций, роясь на задворках твоей памяти. Но, знаешь что? В этом ты еще хуже меня. Потому что я чувствовал власть, жажду, интерес. Да, все это, но чувствовал! А ты не почувствовала ничего, кроме физической боли от ранения. Как бы ты ни лгала себе и окружающим, ты не можешь солгать мне. В некотором роде я тебе завидую. Я никогда бы не стал настолько хладнокровным убийцей, как ты. Я был на пике своей деятельности при жизни, но даже тогда мне было очень далеко до тебя.
– Ты лжешь, – я засмеялась, а потом спохватилась и замолчала. Он плохо на меня влияет, становлюсь похожей на него. Все в моей голове мгновенно прояснилось. – Я знаю, кто ты, и чего ты хочешь. Ты хочешь поглотить мою волю и захватить власть над телом. Спешу тебя разочаровать, у тебя ничего не выйдет.
– О, ты так уверена?.. – бросил он, растворяясь в темноте и появляясь у меня за спиной, гораздо ближе, чем прежде. – Знай, мне не нужна власть над твоим телом. Мне хватило моей жизни в теле бота. Теперь я хочу просто наблюдать, понимаешь? Я устал, – он положил обе руки мне на плечи. – Так что позволь мне…
– Иди к черту, – резко обернувшись, я взмахнула рукой, разделяя существо пополам. Он, словно сотканный из тумана, расползся, растворился и собрался заново уже в другом месте, чуть поодаль. И снова зашелся истеричным смехом. Мне тоже вдруг стало невообразимо смешно. Мы долго смеялись, слишком долго, до слез, походя на умалишенных в тяжелейшие часы своего безумия. Остановились мы так же резко, как и начали. Мы с ним схожи. И эта мысль пугает меня.
– О, не стоит пугаться этого. Все мы звери в людских шкурах. Злые, вечно голодные, радующиеся чужим неудачам и восхваляющие свои победы, даже самые ничтожные. Просто прими, теперь это часть тебя. Точнее, она всегда была у тебя, но теперь ты узнала о ее существовании, то есть обо мне, и теперь можешь смело ее использовать в своих целях. Но в каких именно – выбор за тобой.
– Не слишком благородно для серийного убийцы? – я прищурила правый глаз. Похоже, заимствую у него мимику.
– О том, как так вышло, и что повлияло на мои мысли и характер, мы поговорим в следующий раз. Я, конечно, могу натолкнуть тебя на мысль, пока ты в сознании, но это слишком просто. До встречи, – он разлетелся на туман и пепел, оставив лишь эхо своего голоса. Хотя, если так подумать, то это и не его голос вовсе, а Виктора.
Уже просыпаясь, я успела подумать о том, что снова не спросила имя, и нужно наверстать это в следующий раз, но потеряла эту мысль на границе сна и реальности.
– Долго же ты спишь, – прокомментировал Ханс, заметив, что я проснулась.
– Да уж. Сколько, если не секрет?
– Часа четыре.
– Хм. Многовато будет. Прежний обладатель твоего сердца никогда не говорил с тобой?
– А почему ты спрашиваешь? – осторожно осведомился водитель после короткой паузы.
– Он не выпускал меня. Не могла проснуться.
– Это плохо, – он нахмурился. – Я слышал, что в ситуациях «донорства» сохраняется личность того, кто более силен духом, но никогда с таким сам не сталкивался.
– О, выходит, ты победил еще до начала войны. Поздравляю. Но я без понятия, что делать мне. Касательно силы духа я нечто среднее. Так себе, понимаешь?
– Думаю, да. Не знаю, чем я могу тебе помочь. Это ты должна решать самостоятельно, но, если я смогу чем-то помочь – я выложусь на максимум.
– Спасибо.
– Так ты с ним договорилась?
– Да я без понятия, чего он хотел…
– Я про Бэзила.
– А. Да. Он вечером заскочит в город.
– Который?
