Вылезая из душевой, я чуть не поскользнулась, но все же удержала равновесие благодаря оказавшейся довольно близко стене. Опираясь на нее же, я дошла до своих вещей. Чистые бинты, чистая футболка и чистая голова явно подняли мое настроение с отметки минус до нуля. Еще даже можно пожить.
Мне хотелось забрать наконец Мора с вершины, но я откладывала дело вплоть до этого момента из-за особо дальней дороги по лестнице. Однако, вновь переносить было нельзя. Поэтому из прачечной, куда я занесла старую футболку, я направилась прямо наверх. Оказалось, что это несколько сложнее, чем я себе представляла изначально. Меня хватило на шесть пролетов. Пришлось присесть на ступени и отдохнуть, после чего вновь продолжить движение вверх. Таким образом я поднималась на некоторое количество уровней, отдыхала, снова поднималась, и так по кругу. В какой-то момент мне стало нехорошо, и я в очередной раз упала на колени, перебросив руку через перила, чтобы не скатиться вниз по лестнице. Все вокруг меня плыло и плясало. Надо собраться, осталось совсем немного. Пролетов десять от силы. Я вновь поднялась на ноги и, придерживаясь за поручень, медленно пошла вверх. Готова поклясться, я чувствовала, как ноет мой костный мозг. Это настолько отвратительное чувство, что мне хотелось вскрыть ноги и достать кости оттуда. К неожиданному моему открытию, здравый смысл пока что все же перевешивал. А до выхода на крышу оставалось шагов пятнадцать от силы.
Железная дверь хлопнула у меня за спиной. Воздух на улице хоть и был холодным, здесь было намного теплее, чем на горе у Хозяйки. Прямо-таки курорт. Хотя, мы же и находимся рядом с курортным городом.
Я начала присматриваться и заметила на решетке свернувшегося калачиком Мора. Доковыляв до него по бетонной узкой плите и не наступив ни на одну из решеток, я обратилась к нему:
— Ты ведь знаешь, что ты не кот?
Он встрепенулся, внимательно посмотрел мне в лицо и поднялся на лапы, открывая и закрывая свой огромный клюв, сложенный из различных колюще-режущих орудий.
— Надо бы с тебя как-то снять все эти столовые приборы и забрать вниз. Но я не знаю как.
Я выдержала паузу в надежде, что Хайд что-нибудь сделает, и все случится само собой. Но ничего не произошло.
— Видимо, нет, — вздохнула я. — Но в таком виде я не смогу забрать тебя. Ты банально не поместишься в дверной проем. Я уже молчу о том, что ты произведешь неизгладимое впечатление на остальных.
Мор снова щелкнул клювом, мол, да ладно, можно оставить все так, и плюхнулся на пузо.
— Да. Пожалуй.
Я присела на пол, облокотившись боком на гигантского ворона. Вопреки ожиданиям металл оказался теплым. Не как металл, нагревшийся от неизвестного источника тепла, а как настоящее живое тепло. С крыши было видно, как город заметает мягким снегом. Всю эту идиллию нарушил невыносимый писк, который врезался мне в мозг похлеще пули. К нему присоединилась еще и моя неспособность сделать полный вдох. Я упала на спину и раскинула руки, пытаясь вдохнуть хоть на каплю кислорода больше и неожиданно для себя замечая на фоне серого неба знакомую фигуру.
— Викт… Хайд?.. — еле выдавила из себя я. Писк стал утихать.
Он нагнулся поближе, и по мимике стало абсолютно точно ясно, что это Хайд.
— Я пришел попрощаться.
— Уходишь?..
— Умираю. Вместо тебя. Кто-то должен умереть, и если умрешь ты, то и я тоже. Однако, если умру я, то ты выживешь, — он присел на бетонный пол рядом со мной.
— Умрешь под Новый год?
— Что?.. Ах, да… Скоро праздник, значит. Да. Это меньшее, что я могу сделать для тебя в такой ситуации. Могу только сказать тебе спасибо. Мне было приятно наблюдать моменты твоей непроходимой тупости и невероятной сообразительности. Надеюсь, тебе тоже. И, знаешь, во многом я правда хотел тебе помочь. Думаю, у меня получилось… Подожди, ты что, плачешь?
В тот же момент я осознала, что из глаз действительно текут слезы, спохватилась и быстро принялась их вытирать рукавами.
— Нет, просто… Слишком много потерь… Если кто-то еще умрет в этом месяце, я пойду убивать МСЛ, и ничто меня не остановит.
— Не сомневаюсь, — он ухмыльнулся. — Что ж… Думаю, нам действительно больше нечего сказать друг другу…
— Хайд. Скорее всего в прошлом ты был серийным убийцей, но… Но мне все равно. Ты действительно очень сильно помог мне. Я буду скучать.
Он хмыкнул, и мой мозг пронзила повторная волна отвратительного писка. На мгновение мне показалось, что сердце остановилось, но вскоре забилось еще сильнее. В глазах потемнело, а когда зрение стало возвращаться, Хайда уже не было.
Писк постепенно стихал, его сменяла острая боль в груди и кашель с кровью и темными желеобразными сгустками. Какое-то время я лежала на спине без движения, прислушиваясь к собственному организму. Казалось, чуть-чуть двинусь — и снова зайдусь кашлем. Но ничего не происходило. Хайд умер. Точнее, да, уже давно, еще до того, как стал биомехом, но теперь точно. Навсегда. Сквозь слезы я спокойно наблюдала, как небо идет волнами. Однако, человек быстро привыкает ко всему.
