На следующий день Ливви позвонила еще до рассвета. Даже во Флориде было раннее утро. Наверное, волнуется перед полетом, решил Сэм. Со стоном Мередит выползла из постели и ответила на звонок. Сэм тоже поднялся, чтобы в предрассветных сумерках поздороваться с Ливви, но по большей части затем, чтобы, встав позади Мередит, положить руки ей на плечи. Тогда она могла упереться затылком ему в живот и рассеянно прикасаться к его пальцам во время разговора.
– Здравствуй, Сэм, – поприветствовала его Ливви.
– Доброе утро, Ливви.
– Как поживаешь?
– Отлично. А у вас как дела?
– Рада, что вот-вот буду дома. Наконец увижу моих любимых внуков. И конечно, жду начала сезона.
– «Мореходы» должны неплохо выступить, – пообещал Сэм. В действительности они отставали на двенадцать с половиной игр от лидера, а регулярный сезон должен был закончиться в ближайшие выходные.
– Надеюсь. Держу пальцы скрещенными, – сказала Ливви. – Кстати, куда мы пойдем ужинать в первый вечер после приезда? Как обычно?
– Наверное, – согласилась Мередит.
– Прекрасно. Почему бы вам тогда не зарезервировать столик на семь? И позвони маме, спроси, не хотят ли они сходить на бранч в воскресенье?
– Позвоню, – сказала Мередит.
– И у меня к тебе еще одна просьба, детка. Ты ведь знаешь, где на рынке продается мое любимое оливковое масло?
Мередит кивнула.
– Сходи купи мне немного масла, бальзамического уксуса и пасты. Надо припасти на лето. У меня большие планы.
– Схожу сегодня днем, – пообещала Мередит. – Буду ждать тебя, когда ты прилетишь.
– Скоро увидимся. Не терпится! Скажи: «До скорой встречи!»
– До скорой встречи! – попрощалась Мередит.
