Дима недоуменно смотрел на него, он настолько привык с детства, что они всегда вместе, всегда рядом, словно части одного целого:
- Что ненормального-то?
- Сам подумай, что нормального может быть в однополых отношениях? А в нашей стране вообще гнобят за такое дело.
- Все равно не понимаю. Мы столько лет дружим, мы любим друг друга, что в этом плохого?
- Блядь, Дим, ну нельзя быть таким наивным! А что в этом плохого, тебе моя мать объяснит, если узнает о нас. Поверь, наслушаешься такого, что уши скрутятся. Она в жизни нас не примет и остальных настроит против. А я как-то не представляю, как буду жить без тебя, - внутри все противно похолодело, - хотя, что тут представлять – жить без тебя я точно не буду.
- Я тоже не смогу без тебя: ты мой воздух.
- Как и ты мой, - устало произнес Гор, ложась рядом с Димой и обнимая его.
- Ладно, если все так серьезно, - сказал Дима после некоторого размышления, - значит, из дома нам, скорее всего, придется уйти. На вокзале или в подвале мы жить не сможем, возможно, первое время нас приютит Вадим, но у него ж во второй комнате мастерская, значит, надолго мы там не останемся. Нужно будет искать жилье, а для этого нужны деньги, да и питаться на что-то нужно будет. Придется устраиваться на работу. Только вот на какую? Сейчас лето, можно и на целый день, а с сентября школа пойдет…
Игорь, приподняв голову, неверяще смотрел на Арсенина:
- Вот ты сейчас серьезно? Жилье, работа… Что за бред? Мы еще несовершеннолетние, не мы работу, а нас родители с милицией искать будут! Кто нам позволит?!
- Летом мы и так целыми днями отсутствуем дома, никто и знать не будет, на работе мы или на море. В любом случае, пока мы еще живем дома, хорошо бы скопить некий задел на крайний случай. Сашка недавно рассказывал, что его знакомый поссорился с женой, ушел и снимает комнату у бабки за сто долларов в месяц. Не такие уж и большие деньги. У меня запас есть, с праздников разных надаренное. Все равно мама всегда покупает все, что я захочу, так что и тратить-то некуда.
На самом деле Дима как раз собирался потратить скромную сумму в пятьдесят долларов на одно небольшое дельце, в котором должен был посодействовать опять же Сашкин знакомый. Диме очень хотелось набить себе небольшую татушку на предплечье левой руки, а тот как раз занимался этим на дому. Получалось дешевле, чем в салоне, и опять же – знакомый, вроде, не так страшно. Как к стоматологу сходить, и аппараты похожие. Ему хотелось сделать Игорю сюрприз, поэтому во вторник, когда тот пойдет на тренировку и будет думать, что Дима на дзюдо, он всё и сделает.
***
Варфоломей лениво спрыгнул с кровати, неторопливо продефилировал по квартире. Забрел на кухню, без особого желания сжевал с бутербродов пару шматков сырокопченой колбаски, нехотя прошел к коридору, где чья-то возмущённая тирада изредка прерывалась извиняющимся голосом хозяйки.
Страсти бушевали над головой, но Варфы это не касалось, потому что его носа коснулось нечто лучшее - запах СВОБОДЫ.
О, в кои веки эта дверь была открыта и никто не бдил, куда высунулась мохнатая рыже-белая морда.
А морда, задрав победным знаменем хвост, выскользнула на площадку и повела ушами.
Пахло недавно окотившейся кошкой и подгоревшей кашей, пахло всяким из мусоропровода и сыростью из подвала, а еще – весьма завлекательно! - несло снизу, где с подъездной двери кто-то снял доводчик и где шуршала на ветру бумажка «не закрывайте, ждем сантехника».
И Варфоломей двинулся на разведку.
Хлопнула одна дверь. Раздалось гневное бормотание - хлопнула вторая. Варфа остался один на один со свободой, даже толком не зная, что с нею делать.
***
- Здоров. Случилось чего? – Димка открыл двери и удивленно уставился на расстроенного Эдика.
За спиной у Затонского маячил Вадим, но в целом парочка не выглядела поругавшейся.
- Мужики, у меня кот пропал, – Эдик держал в руках строительный степлер и пачку каких-то бумаг. – Хороший такой кот, Варфоломей зовут. Помогите объявления расклеить, мать вся в трансе, второй день уже по району носимся.
- Не вопрос, - Гор сразу выцепил глазом, что на бумагах распечатано фото пропажи, - красивый.
- И здоровый такой, я его гладил, - отозвался Дима, - сейчас оденемся.
- Ты заранее не переживай, - зажав в зубах клей, Игорь говорил невнятно, но убедительно, распрямляя на столбе приметы Варфоломея, - таких кошаков подбирают, ведь сразу видно – домашний!
- Только на это и надеемся, - Эдик старательно крепил на дереве идентичное объявление. – Он только дома на еду охотиться умеет, а выпусти его на улицу – пропадет.
- Мы сейчас на соседнюю улицу, а вы здесь до конца пройдете, лады? – Вадим потянул шмыгающего носом Затонского за собой.
Они обклеивали всё, что попадалось на глаза – остановки, подъездные двери, доски объявлений и столбы.
Вадим с Эдом обходили те же кварталы, только с другого конца.
Восьмой квартал за два дня – не хухры-мухры! Но хотя широкая и плоская морда красовалась на всех поверхностях (в том числе и на покосившейся старой доске «их разыскивает милиция»), результатов не было.
