Автор бестселлера USA Today Марни Манн представляет «До тебя», новый современный роман и разрушительный анализ вещей, которые мы находим, вещей, которые мы создаем, и вещей, которые мы теряем. Это должна была быть обычная рабочая поездка. Нью-Йорк ― Сан-Франциско, место у окна, аварийный выход. Может быть, мимоза. Затем он сел на место 14В. Когда наши взгляды встретились, полет стал совсем не обычным. Я могу точно определить моменты в моей жизни, когда все изменилось навсегда. Встреча с Джаредом на том рейсе был первым. Влюбиться в него был вторым. Раскрытие секретов, которые он хранил, был третьим. Собрать себя воедино и забыть то, что я узнала, было трудно. Простить Джареда было бы невозможно. Он сказал, что до меня ничто не имело значения. Но после него ничто уже не будет прежним.
ПРОЛОГ
ПОРТЛЕНД, ШТАТ МЭН ― ВЕСНА 1989 ГОД
― Как ты думаешь, Кейси будет сегодня в школе? ― спросил Брэндон свою девушку, когда он въехал в третий ряд студенческой стоянки, припарковавшись в конце.
Как у младшеклассников, у них троих оставалось две недели до летних каникул. В это же время в следующем году они будут выпускаться, как и старшеклассники вчера. Как только они получат дипломы, Брэндон и его девушка соберут чемодан и переедут в Калифорнию ― план, который они вынашивали на первом курсе, когда начали встречаться.
― Нет, ― ответила она, глядя в лобовое стекло и качая головой. ― У меня такое чувство, что мы никогда больше не увидим Кейси.
Когда Брэндон услышал о том, что случилось с их лучшим другом в ночь вечеринки, он спал в своей комнате со своей девушкой. Если бы это было в любое другое утро, мать Брэндона пришла бы в ярость, обнаружив его в постели с ней. Ей не разрешили остаться на ночь. Но в то утро мать Брэндона не кричала и не упоминала об этом, когда будила сына. Тихим, спокойным голосом она рассказала им все, что слышала о Кейси.
Обе женщины сразу же начали плакать.
Только не Брэндон. Он встал с кровати и прошелся по небольшому пространству между тумбочкой и шкафом, пытаясь переварить новости. Когда его мать не смогла ответить ни на один из вопросов, которые он задал, он бросился вниз к телефону на кухне и позвонил домой Кейси.
Никто не взял трубку, даже автоответчик.
Затем Брэндон попытался позвонить одному из своих друзей, чтобы узнать, слышали ли они что-нибудь. И вот так он провел весь свой день, связываясь со всеми, чей номер у него был, слушая их версию истории.
В одном они все были согласны: никто не слышал о Кейси после вечеринки.
Когда стемнело, Брэндон и его девушка поехали к дому Кейси. Другие его друзья уже сделали то же самое, но Брэндон надеялся, что их исход будет иным. За исключением того, что, когда они добрались туда, внутри не горел свет, входная дверь была заперта, и никто не ответил на звонок.
― Ты действительно думаешь… ― начал Брэндон, его голос затих, когда он подумал о возможности никогда больше не встретиться с их лучшим другом. Когда все это дошло до него, он схватился за руль и закричал: ― Черт!
― Это могло случиться с любым из нас… ты знаешь это, ― мягко сказала она.
В тот вечер все они были на вечеринке. Она проходила на том же поле каждый год, в пятницу перед выпускным. Приходили все ― старшеклассники, выпускники, друзья из соседних городов. Это была традиция. И за все эти годы не было ни одного инцидента.
До сих пор.
Брэндон потянулся через переднее сиденье и сжал ее руку, действительно чувствуя тяжесть всего этого.
― Слава богу, с нами этого не случилось.
Некоторые истории способны навсегда изменить жизнь.
Эта история изменила целый город.
ОДИН
БИЛЛИ
― Я бы всё отдала, чтобы впиться в эту баранину, ― сказала Элли через динамик моего телефона.
Я рассмеялась над реакцией моей лучшей подруги на фотографию, которую опубликовала сегодня утром. Ее любовь к еде выросла с годами из-за меня. Девушка, с которой я познакомилась много лет назад, не знала, что желе бывает другого вкуса, кроме виноградного.
― Это было сочно, ― сказала я ей, закрыв глаза и сделав глубокий вдох, как будто тарелка все еще была передо мной. ― Вся еда была выше всяких слов. ― Когда я снова открыла глаза, положила последний упаковочный пакет в чемодан и застегнула его на молнию. ― Я убедила шеф-повара дать мне рецепт его брюссельской капусты. Я собираюсь приготовить их для нашего следующего девичника.
― И когда именно?
Я нажала на экран своего телефона, который лежал на полке для обуви, прокручивая свое расписание. ― Как насчет восемнадцатого?
― До этого еще две недели, Билли.
Я проверила еще раз, пытаясь понять, могу ли я что-нибудь сдвинуть.
― Ты же знаешь, я бы сделала это раньше, если бы могла.
― Я знаю, детка. Поставь нас на восемнадцатое. Я напишу девочкам, как только мы закончим разговор, чтобы они знали.
Мы с Элли были соседками по комнате все четыре года в Нью-Йоркском университете и еще пять после окончания. Потом, в двадцать семь, мы наконец-то обзавелись собственными квартирами. У меня был лофт в Гринвич-Виллидж, где я жила последние три года. У Элли была студия в Верхнем Вест-Сайде, которую она делила со своим парнем. Теперь он был ее мужем, и у меня было три растения ― все травы.
Я забронировала всю ночь и вышла из приложения.
― Ты в моем календаре.
― Итак, куда вы направляетесь сейчас, мисс Жажда странствий?
― Сан-Франциско, и он итальянский, ― сказала я, имея в виду ресторан, который буду рассматривать, когда вошла на кухню.
