— Я не могу сказать директрисе, пока у нас не будет доказательств, которые подтвердят, что это сделал кто-то определенный — заметила Амелия.
— Разве недостаточно твоих слов и браслета?
— Нет. Если я говорю только правду, это не значит, что я не ошибаюсь.
— Не понимаю.
— Представь: с детства тебе говорят, что небо — красное. Потом ты проходишь обряд Чжэньсян. Как ты ответишь на вопрос, какого небо цвета?
— Красное, — задумчиво ответила Фри, в ее глазах промелькнуло понимание. — Теперь понимаю сложность ситуации.
— Это ещё не всё. Если Фарагонда узнает, но ничего не предпримет, ей достанется от мамы. Если же предпримет, то ей достанется от родственников учениц.
— И что же тогда в ее ситуации делать?
— В идеале отступить, чтобы в другой раз получить преимущество, — ответила Вайс. — Но в ситуации Фарагонды это невозможно.
Вокер посмотрела в окно. Краска сошла c ее щек. Она начинала видеть ситуацию изнутри.
— Значит, по твоим словам, мы ничего не можем сделать.
— Только предстоящие три года, — уточнила Амелия. — Потом мы закончим обучение и покинем это место.
— В таком контексте три года звучат как вечность.
— Понимаю, — проговорила Амелия. — Не волнуйся. Нападки будут пресечены, как только эти девушки осмелеют настолько, что перейдут черту.
Вокер щурит глаза и с подозрением смотрит на подругу.
— Звучит так, будто ты сама этого хочешь.
— Полагаю, отсутствие реакции на словесные выпады неизбежно к этому приведет, — ответила Вайс. — Подобный проступок повлечет дисциплинарное разбирательство, не так ли?
— Определенно. — Кажется Фри немного запуталась. — Но почему ты просто… Постой, мне звонят. — Фри вытащила свой сотовый. Такой же был и у Вайс, их им выдала Текна для удобной и быстрой связи на территории школы. — Фри Вокер. Слушаю.
С минуту она слушала, что говорит собеседник. Из динамиков слышался молодой женский голос, но слов было не разобрать. Вокер напряглась, а ее лицо постепенно краснело, начиная от кончиков ушей и заканчивая щеками. Сначала услышанное ее удивило, потом насторожило, затем пробудило подозрения.
— Конечно, c радостью, — сказала девушка. Ее голос был настороженный, но не настолько, как взгляд. — Мы придем.
Вокер выключила телефон.
— Ну вот, кажется, твое желание только что сбылось, — сообщила она. — Лиза Волгодская и Адеола Неоне приглашают нас сегодня вечером в класс для зельяварения сыграть в карты, пока они сами будут тестировать свои зелья для ускорения роста растений.
— Разве нам можно являться в класс для зельяварения без разрешения преподавателя?
— Если у нас нет собственного домашнего задания, то нельзя, — пояснила Фри. Девушка глубоко вздохнула, она поняла в чем подвох. — А у нас его нет.
— А если мы придем в гости к тем, у кого есть доступ?
— Плохая идея, — сказала Вокер. — В классе зельеварения это запрещено. Точнее, стало запрещено после происшествия с участием принцессы Стеллы. Если нас поймает преподаватель, наказания не избежать. А если поймают за игрой на желания или на что-то другое, кроме интереса, наказания точно не избежать.
— Это гарантия, что девочки не пойдут на такую провокацию.
— С чего бы?
— С того, что, если нас обвинят в игре не на интерес, им грозит то же самое, — пояснила Амелия.
Вокер покачала головой:
— Ты ведь все еще не представляешь, как тут всё устроено, да? — девушка напряглась ещё больше. Она снова была в досадливом замешательстве. — Лиза из влиятельной семьи, она будущая королева Северного Мидгарда. У нее есть связи. Лиза может выкинуть что угодно, кроме, возможно, убийства, и ей ничего за это не будет.
— Тогда мы просто откажемся играть не на интерес.
Вокер шумно выдохнула.
— Ты твердо туда собралась, да? — сказала уже спокойнее, кажется она готова согласиться на эту авантюру.
— Нас же пригласили, — напомнила ей Амелия. — Если хочешь, можешь никуда не идти.
— Хотеть-то я не хочу, — проговорила Вокер. — Но сомневаюсь, что твоя мама оставила меня с тобой, чтобы я отпускала тебя одну непонятно куда. Заодно узнаем, что Лиза задумала. — Фри немного отвернулась. Ей было любопытно. — Значит, так Вайсы поступают? Видят ловушку и добровольно ступают в нее?
— Иногда лучшая стратегия — это сознательно ступить в капкан, — сказала Амелия. — Очень редко бывает, что ловушки нельзя обратить против того, кто их расставил. Какую игру они выбрали на этот вечер?
— Голубой круг, — сообщила Вокер. Девушка смирилась. — Идем. У меня есть колода в нашей комнате. Научу тебя играть.
***
— Вы, наверное, все гадаете, — сказала Лиза на первой раздаче, — зачем мы вас позвали.
— Ты же сама сказала — в карты играть, — парировала Фри, пристально глядя на нее. Лиза и Адеола держались как ни в чем не бывало: встретив гостей у дверей, они взяли зелья и вылили их содержимое на разные семена, после чего придвинули к одному из столов четыре стула и достали карты.
Но их вежливость и дружелюбие отдавали фальшью.
